— Павел, вы кормили ваше чудо?
— Значит так, — забираю у нее Машу к себе на руки. Почему-то меня выводит из себя реакция Маши на эту… ведьму. — Чтобы я больше не слышал в каждой фразе, произнесенной тобой «Павел».
— Поняла, Павел Александрович. Кажется, так вас назвал Вадим. Так можно?
— Нарываешься, Бдушкина.
— Хорошо, как мне вас называть? — тянет руки к Маше, продолжая с ней играть.
— Что за маскарад? — игнорирую ее вопрос. — Куда метелки подевала? И мочалку. Ту, которая на голове была? — обхожу Татьяну по кругу, словно рассматриваю музейный экспонат.
— Несчастный случай. Мы с моими сестрами ведьмами устраивали ритуал в полнолуние и прыгали через костер. Ну и сами понимаете…
— Что?
— Перепрыгнула неудачно. Подожгла случайно волосы, а там и на ресницы перешло. Пришлось быстро наколдовать новые волосяной покров на своем теле.
— Да. Точно ты. Кто бы еще нес такую славную ахинею. А боевой раскрас куда дела?
— Да как-то не подумала, что на людях сегодня еще окажусь, вот и смыла.
— Все у тебя так ладненько, Татьяна.
— Можно просто Таня.
— Итак, Таня, — поправляя на руках тянущуюся к Бдушкиной Машу, начинаю я. — У меня трубы горят, мне нужна срочно твоя помощь.
— Какого рода? — с сомнением спрашивает она.
— Ну как какого, все того же рода. Мне нужно найти мать.
— То есть вы вырвали меня глубоким вечером, чтобы найти Машину мать?
— Ну а для чего ж ты мне еще сдалась. Давай, начинай Бдушкина.
— Что за шум, вы слышали это? — наигранно пугается Таня, прикладывая руку к груди.
— Может быть это домовой?
— Срамовой.
— У вас и такие в доме имеются?
— Замолкни и входи в свой астрал, пока ребенок не насрал.
— Чуете? — все с той же улыбкой произносит Таня. — Кажется, она уже это сделала. Идите мойте ей попу, а потом возвращайтесь ко мне."
"— Нет, не чую. Памперс закрыт, нюхачка, блин. Давай входи.
— Куда входи?
— В астрал. Ну или куда ты там входишь обычно? Короче входи уже куда-нибудь и говори мне где найти Машину мать, — присаживаясь на диван, произношу я.
Выведу я тебя на чистую воду. Как пить дать, выведу. — А начни-ка мне, Бдушкина, с имени мамули моей прелестной дочери.
Глава 13
Бдушкина, хотя даже в мыслях не хочется называть ее так, мнется секунд десять, а потом садится на диван, положа ногу на ногу. Прелестные у нее ножки, между прочим. Правда я только сейчас осознаю, что на ней… тапки. Да уж, Вадик видать был очень убедительным и быстрым.
— Платье снять?
— Что?
— Я сейчас вам помогу.
