Для кого-то важнее собственное благополучие, чем семья. Для Влада главным была его свобода. Он бросил меня тогда, десять лет назад, чтобы не обременять отношениями и поступать так, как ему хочется. История повторяется, только в более громоздких масштабах. Теперь он бросает не только меня. Он оставляет своего еще не родившегося ребенка, ставя нас на чашу весов с личной свободой. И она перевешивает. Возможность жить так, чтобы ни перед кем не отчитываться, не останавливаться, а брать от нее все изыски.
Я не заметила, как начала рыдать в голос, оплакивая веру в него и в то, что Шаталов мог измениться. В то, что как дура доверилась, повелась на красивые слова и безудержный секс. Думала, на этот раз все по-настоящему, и жестоко ошиблась. Наступила на те же самые грабли, услужливо подставленные любимым человеком, чтобы расшибиться насмерть. Он собственноручно столкнул меня на скалы с облаков.
— Господи, дочка, что с тобой? — мама бросилась ко мне, сгребая в объятия и укачивая, — Лиля, Лилечка, хорошая моя, что случилось?
Я не могла ей ничего ответить.
Рыдания душили, сердце отказывалось нормально работать. Оно вообще больше не хотело биться, дергаясь в предсмертных конвульсиях.
— Это он, да? Скажи мне, доченька, это он? Снова? — мама причитала и тоже начала плакать, покачивая меня из стороны в сторону, а потом замерла. Протянула руку к тесту и все поняла."
"Я спрятала лицо на ее груди, подтягивая под себя ноги. Боже, это так жалко плакать на груди у мамы.
Почему именно сегодня? Зачем ей видеть все это? Успокаивать меня, когда я сама должна справляться с подобным, ведь даже в детстве ей не приходилось вытирать мне слезы. А сейчас я не могу взять себя в руки. Душа болит так, словно вот-вот вырвется из тела.
— Все будет хорошо, моя девочка, — продолжила мама, крепко сжимая злосчастный тест и прижимая меня к себе. Целуя волосы, гладя плечи. — Слышишь меня? Никто нам не нужен. Я тебя сама воспитывала, вот и ребеночка воспитаем.
Ты главное не наделай глупостей, слышишь меня, Лиля?
Я слышала. Слышала и понимала о чем она, но я бы никогда так не смогла поступить. Пойти на аборт и убить нашего с Владом ребенка я бы не смогла даже за огромные суммы денег. По всей вероятности, Кира поступила именно так. Поэтому Влад теперь ее поддерживает, а она все еще надеется на то, что их любовь можно воскресить, но он выбрал путь проще. Переключился и живет дальше. Только я не она.
