— Лиль…
— Влад, нам не о чем разговаривать. То, что было в прошлом, осталось в прошлом. Сейчас у каждого из нас новая жизнь. И да, я не хочу на тебя работать. Объяснять, думаю, не стоит, ты и так всё понимаешь!
Влад крепко сжал челюсть, но я не собиралась больше находить ему оправданий перед ним же. Это его вина в том, что моя жизнь превратилась в какую-то извилистую тропу, где во тьме и на ощупь я чего-то ищу, а что конкретно понять не могу.
— Если ты думаешь, что так легко сбежишь, спрятавшись от меня в другой компании, то очень сильно ошибаешься!
О чем он? Говорит так, словно не собирается меня отпускать.
Это уже ни в какие рамки не входит. Разворачиваюсь, чтобы как можно скорее вернуться в ресторан, когда слышу вдруг твердое:
— Держись от Щербакова подальше, Лиля!
От тебя… Мне нужно держаться подальше от тебя!
Глава 10"
"ОКТЯБРЬ, ОДИННАДЦАТЫЙ КЛАСС
Лиля
— Что там происходит? — с любопытством привстает на носочки Катька, моя близкая подружка, с которой мы делим парту вот уже четыре года подряд.
Когда мы входим в класс, то обнаруживаем, что всех как волной сдуло к первому ряду. В кабинете столпотворение и какой-то небывалый ажиотаж. Вокруг парты Юльки Камыниной бурное обсуждение, и слышны только ее возбужденные восклицания.
— Блииин, сколько же он стоит? — восхищенно перешептываются наши одноклассники, когда нам удается пробиться ближе.
Ребята оборачиваются и, завидев меня, вдруг неловко замолкают, а некоторые и вовсе отходят к своим партам.
Чего это они? Странные.
— Смотри, Лиль, какой у меня браслетик, — ехидно окликает меня Юля и хвастливо вытягивает вперед руку с тонким золотым браслетом на запястье.
Это из-за побрякушки такая шумиха?
— Красивый, — без энтузиазма признаю я. Украшения меня никогда особо не интересовали. У самой не было ни одного, кроме православного крестика. — Родители подарили?
Камынина фыркает, а потом произносит то, после чего мне требуется стул, потому что земля уходит из-под ног.
— От родителей подобного можно будет только на совершеннолетие ждать. Влад подарил. Только что, — и на меня смотрит с таким издевательством, будто ей доставляет извращенное удовольствие унижать меня перед всеми одноклассниками. — Классно, правда?
Мне как будто по венам ржавым лезвием провели с особой жестокостью. Стало так дико больно. Почувствовала только, как Катя пальцы мои сжала крепко.
— Ну и дрянь ты, Юлька, — стала на мою защиту подруга.
