На одной стороне Серовол, хорошо знавший польский язык, прочел следующее: «пал на колени, поцеловал края ее платья. Пани Мария, услышав признания юного рыцаря, отрезала один из своих роскошных золотистых локонов, перевязала его шелковой ленточкой и про-»
Любовь прекрасной пани и юного рыцаря не вызвала интереса у Серовола. Он перевернул листок на другую сторону. Тут речь шла о другом… «проскочил на взмыленном коне и остановился у дома воеводы. Вскоре весь город знал о прибытии гонца. Встревоженные горожане собирались на улицах толпами, высказывали свои предпо-»
Несомненно, эти строки из какого‑то старинного романа и были донесением.
В Будовляны прибыл «гонец», там встревожились, готовятся отразить нападение партизан. Итак, ошибки не может быть. Информация Верного подтверждается другим разведчиком.
После завтрака Серовол раскрыл свою секретную тетрадку. К удивлению начальника разведки, Юра Коломиец освоил абракадабру с ходу и даже посоветовал, как усовершенствовать ее.
— Товарищ капитан, — сказал боец с виноватой и в то же время насмешливой улыбкой, — ведь это дело нехитрое.
Мы в школе на уроках примерно так переписывались.
— И ты считаешь, что эти записи легко будет расшифровать, если тетрадка попадет кому‑нибудь другому в руки? — обеспокоился Серовол, самолюбие которого было задето.
— Э нет! Если, как я предлагаю, усложнить даты и внести в особый список названия населенных пунктов, в записках никто, кроме нас с вами, ничего не разберет. Даже тот, о ком тут значится.
И Юра, получив от капитана новую тетрадь, принялся составлять расширенный и усовершенствованный кондуит.
Поздно вечером в отряд вернулись те, кто уходил в Кружно с заданием украсть полицая. Полицая они не привели, принесли только его сумку. Старший группы Казимир Заремба и немец Карл были ранены. Их едва довели в расположение отряда.
8. Сумка пана писаря
Рыночная площадь в Кружно, как и в большинстве маленьких городков этого полесского края, находилась в центре города у двухэтажного здания ратуши, увенчанного пузатой башенкой с часами и флагштоком.
Часы были испорчены, на флагштоке лениво полоскался выцветший флаг со свастикой."
"Заремба в сопровождении Пивовара и двух немецких солдат появился на вымощенной булыжником, уставленной длинными столами площади рано утром, когда здесь начали собираться пришедшие и приехавшие из ближних сел крестьяне. На столах уже виднелись кучки зелени, грибы, ягоды. Горожанки с блеклыми, потухшими лицами раскладывали на ковриках всевозможное старье.
