"
"Серовол завел свой «кондуит» сразу же как только отряд перебазировался из белорусских лесов на юго–запад, в район, где украинские села и хутора чередовались с польскими. Он первый понял опасность, которая таилась в новой обстановке. Кроме гитлеровцев, в этих краях нужно было остерегаться бандеровцев,. польских националистов из отрядов АК . Конечно, если бы партизаны, как это предлагает Высоцкий, не принимали в отряд новичков, у Серовола было бы спокойнее на душе, но он не мог согласиться с начштаба. Как отказать людям, горящим желанием мстить гитлеровцам? Но кондуит пришлось завести… Каждый из этих тридцати восьми не внушал капитану Сероволу полного доверия к себе, каждый из них, по его мнению, мог оказаться засланным в отряд шпионом.
Но семерых из тех, кто попал в кондуит начальника разведки, уже не было в живых. Они погибли в последних боях. Заплатили, как справедливо сказал Бородач, своей жизнью за оказанное им доверие. И Сероволу было тяжело смотреть на строчки, помеченные перед датой маленьким кружочком.
Он был виноват перед погибшими ― он их подозревал.
Теперь список придется увеличить. Среди оленей и птиц находится змея, найдите ее… Позапрошлая ночь не дала ничего, кроме подтверждения того, что змея существует. Серовола больше всего удивляла быстрота, с какой вражеский агент передавал свое донесение. Очевидно, все‑таки имеет рацию… Где же он хранит ее?
За окном послышались звуки губной гармошки. «Тиха вода бжеги рве…» По улицам прошли рядышком три молодцеватых партизана и две хуторские девушки в цветастых платках.
На гармонике играл фельдшер Ваня Богданюк, девушки пели.
«Тиха вода берега рвет. Черти тоже в тихом болоте водятся… ― подумал начальник разведки, провожая их глазами. ―А что если одна из таких девчонок радистка? Агент ей шепнул на ушко милые слова, а она ночью отстучала их… У моего нового помощника хватит работы, без дела не будет сидеть. Рыбка одна–две, а невод придется забрасывать широко».
Работы у Серовола в этот день оказалось больше, чем он предполагал.
Сперва события развивались точно по разработанному начальником разведки плану. Вскоре после того, как Юра Коломиец ушел во вторую роту, явился Долгих. Он принес клочок чистой бумаги ― Верный подтверждал сведения, переданные накануне. Затем вернулись два других почтаря. Тот, что ходит под Кружно, почты не принес ― в Кружно спокойно. Почтарь, обслуживавший будовлянский «почтовый ящик», вручил Сероволу обрывок пожелтевшего листа из какой‑то польской книги.
