Заремба посмотрел ей вслед, затем, приложив палец к губам, нагнулся к сидевшему напротив за столиком писарю, который не спускал с него любопытных настороженных глаз.
— Пан Стахурский, я приехал из Кракова. Я больше ничего не скажу пану о себе. Из Кракова — этого достаточно… И я задам только один вопрос: пана интересуют камушки?
— Для зажигалок? —с заметным разочарованием спросил полицейский писарь. Камушки для зажигалок были дефицитным товаром и ценились очень высоко, но все же спекуляция ими не сулила больших барышей.
Заремба посмотрел на писаря с сожалением, будто вдруг усомнился в его умственных способностях.
— За кого вы меня принимаете? Я говорю о драгоценных камушках, бриллиантах. Я спрашиваю: пана интересуют бриллианты и доллары, твердые и мягкие? Я имею в виду крупную сумму…
Чтобы еще больше ошеломить писаря, Заремба небрежным жестом вытащил из кармана брюк массивный позолоченный портсигар, щелкнул пружинкой, открывая крышку, и протянул его своему собеседнику.
— Пан курит? Прошу. Болгарские сигареты люкс, единственный недостаток — табак не очень‑то крепок.
Капитан Серовол знал, кого посылать на задание. Внушительный вид незнакомца, его манеры, тугой кошелек и золотой блеск портсигара буквально загипнотизировали Стахурского. С каждым мгновением воображение полицейского писаря распалялось все больше и больше ― бриллианты, доллары… Богатство находится где‑то здесь.
Ведь недаром этот человек приехал из Кракова в Кружно. Очевидно, ему нужен помощник, соучастник. Если так, то главное не продешевить, сразу же потребовать солидную долю. А может, перед ним обыкновенный мошенник, желающий под видом бриллиантов продать обыкновенные стекляшки? Есть и такие…
— Вы хотели бы найти покупателя?
Заремба бросил на писаря уничтожающий взгляд.
— В вашем Кружно нет покупателей, какие могли бы приобрести эти камушки даже за половину их стоимости, — сказал он, надменно вскидывая голову.
— Но эти драгоценности и валюта могут оказаться в наших руках, если мы с вами сговоримся и пойдем на небольшой, прямо‑таки ничтожный риск.
Услышав шаги за перегородкой, Заремба подмигнул писарю и добавил, будто продолжая разговор, затеянный совершенно на иную тему:
— Речь идет о бумагах, которые, как вы понимаете, не так уж трудно разыскать. Конечно, наследство невелико.
