В игры с ним я был играть не намерен, некогда мне:
— Да хватит препираться! Кулачные бои вы здесь проводите. Почему не заявили о смерти? Куда спрятали тело?
Вот теперь он занервничал:
— Так… Она забрала его, Настя. Настя его невеста. А что с ней?
Ну, наконец-то хоть о чем-то спросил.
— Убита, — ответил я нарочито резко.
Он заметно помрачнел, но от комментариев воздержался. Ну, надо же, какой сдержанный! Просто-таки лишнее слово сказать боится. Неспроста это. Я достал из кармана и показал Фидару фотографию, найденную в сумочке Насти:
— Сажин?
— Он самый, — вздохнул Фидар, — упокой его душу.
Тут наш разговор был прерван. Вбежавший в дверь склада парень прокричал Фидару:
— Беда! Наши отловили Никитку, лупят его смертным боем! Я аж подойти побоялся!
— Где? — забеспокоился Фидар.
— На пустыре, за церквой!
— Что происходит? — вернул я к себе внимание Фидара.
— Да, видать, мужики решили, что Никита за Илью должен ответить, — встревоженно пояснил мне Фидар.
Так, понятно. Никита, видимо, и есть тот противник Ильи Сажина, после боя с которым он умер. А стало быть, он мне нужен, и если я его сейчас спасу, то могу рассчитывать, что он в благодарность будет со мной откровенным. Если он не убийца, конечно.
Я остановил Фидара, готового выбежать наружу:
— Я сам разберусь.
И быстро пошел за парнем, показывающим мне дорогу.
На пустыре четверо били одного. Да не просто били — убивали. Он и не сопротивлялся уже, лежал на земле, и только пытался хоть как-то заслоняться.
Я соскочил с коляски, побежал к ним, крича на ходу. Но и мои крики «Полиция!», и само мое появление далеко не сразу заставило их приостановиться, так они в раж вошли. Да и остановившиеся, они были еще опасны. Волком на меня смотрели, того гляди бросятся.
— Вы что ж делаете? — спросил я их.
Один, видно, тот, кто покуражистей, шагнул мне навстречу:
— А ты за кого вступаться пришел? За убийцу?
И они все пошли на меня, окружая. Профессиональные бойцы, рослые и плечистые.
Если полезут в драку, мне против них всех не устоять. А револьвер достать я могу и не успеть.
— Даже не думайте! — я отодвинул ближайшего навершием трости, сохраняя спокойствие.
— Страшно, фараон? — все тот же куражистый продолжал наступать на меня. Я посмотрел ему прямо в глаза спокойно и уверенно. На таких персонажей подобный взгляд действует лучше всего.
— Крупные вы ребята. Только действуете неправильно.
