Сейчас она была так недосягаема, что я и заговорить с ней не осмелился бы и лишь наблюдал издали, любуясь. Впрочем, и Анна не стремилась к общению со мной, вовсе никак меня не замечая, будто меня здесь и не было.
— А Вы давно знали покойного? — негромко спросил Антон Палыч Анну Викторовну, присаживаясь с нею рядом с чашкой чаю.
— Нет, — ответила она. — Мы с Алексеем были знакомы через дядю, виделись пару раз на вечерах.
— Да, я тоже только здесь с ним познакомился, — ответил ей господин Чехов. — А вот с Еленой Николавной мы давние друзья.
— Бедная, — вздохнула Анна Викторовна с состраданием.
— Я наслышан о Ваших необыкновенных способностях, — произнес Антон Палыч. — Это правда?
Я насторожился. Этот умник-литератор, при всей моей к нему симпатии, мог быть и весьма язвителен, я видел это. Вряд ли он, тем более будучи врачом, верит в спиритизм. Уж не собирается ли он отточить свое остроумие прямо сейчас? Тогда мне придется попробовать на нем свое.
— Правда, — кивнула Анна Викторовна с легкой улыбкой.
— Позвольте полюбопытствовать, — спросил Антон Палыч, — отчего же Вы не спросите у покойного, как все произошло?
— А он меня избегает, — ответила Анна.
Кажется, она тоже понимала, что господин Чехов забавляется, но, верная своим принципам, отвечала серьезно.
— Знаете, вчера мне показалось, что я видела его, пока искали тело, — рассказала Анна Викторовна. — И он не стал со мной говорить.
— Отчего же? — иронично улыбнулся Чехов.
— Ну, знаете, — рассмеялась Анна, — духи, они часто ведут себя против логики.
— Они? — усмехнулся Антон Палыч. — И часто Вы их видите?
Нет, я все-таки ошибся, пожалуй. Этот ироничный умник мне вовсе не нравится. Не пора ли вмешаться?
Анна Викторовна, почувствовав, кажется, мое напряжение, взглянула на меня встревоженно.
— Давайте сменим тему, — предложила она господину Чехову.
Но этого писателя-врача не так просто было сбить с мысли.
— Нет-нет, — не согласился он, — Вы заинтриговали меня, а теперь обрываете на полуслове.
Так что же Алексей? Как он выглядел после смерти?
— Я не разглядела, — ответила Анна Викторовна с некоторым неудовольствием в голосе.
— А знаете, где Вы точно можете его найти? — спросил Антон Палыч. — Он же драматург. И наверняка его неуспокоенный дух сейчас бродит где-то вокруг сцены. Ну, конечно! — продолжил он с воодушевлением. — Я бы на его месте сидел сейчас на сцене. Ведь он теперь точно знает все, о чем он написал. И это одиночество, и эту пустоту.
