Теперь Анна Викторовна меня, по крайней мере, узнавала. И сидеть уже могла сама, и даже говорить. Но восковая бледность по-прежнему не покидала ее лицо, пугая меня. А еще больше меня пугало состояние ее рассудка. Она выглядела и говорила так, будто ее накачали какими-то наркотиками.
С огромным трудом, путаясь и перебивая сама себя, Анна рассказала мне о своих приключениях. Какие-то два человека на улице посадили ее в коляску и увезли в какой-то дом. На вопрос, почему она послушно поехала с ними, Анна Викторовна ответить не смогла.
Поехала и все.
— Где этот дом? — спросил я ее.
— Я не знаю, — ответила Анна, глядя перед собой остановившимся взглядом, держа в ладонях стакан с чаем.
— Кто эти люди?
— Я не знаю.
— Сколько их было?
Анна Викторовна задумалась, видимо, пытаясь припомнить.
— Двое, — ответила она, — а потом много. Очень много. С факелами.
Она по-прежнему смотрела в пространство и раскачивалась монотонно. Мне становилось страшнее с каждой минутой. Что с ней? Потрясение и переутомление? Истерика? Или ее и в самом деле опоили чем-то? Или — ужасная мысль — она мне не все рассказала, и это потрясение не просто от испуга, а от чего-то гораздо худшего?
— То есть как? — попытался понять я ее слова.
— В доме с факелами?
— Нет, — покачала она головой, — на кладбище.
Господи, какое еще кладбище? Или она вовсе бредит?
— На каком кладбище?
— Одно кладбище в городе, — ответила Анна. — Холодно очень… И кресты, кресты, кресты…
— Анна Викторовна, — спросил я в панике, беря ее руки в свои и пытаясь привлечь ее внимание.
— Да что с Вами?!
Нет, она точно не в себе. Но почему? Что с ней случилось? И что мне делать теперь?
— Я не знаю, — измученно произнесла Анна. — Они со мной что-то сделали…
И я очень хотел бы знать, что именно. Может, за доктором послать? Нет, лучше я сам.
— Вам нужно отдохнуть, — сказал я, пытаясь успокоить хотя бы ее, если уж себя не получается. — Мы потом поговорим.
— Мне так страшно, — со слезами произнесла Анна Викторовна, глядя наконец мне в глаза.
— Кто эти люди были? Что они хотели от меня? Что я им сделала, что они со мной сделали?
Она хваталась за меня, будто пытаясь удержаться. Я осторожно взял ее за плечи, пытаясь успокоить. Ответов на ее вопросы у меня не было. Пока не было. Но уж точно я найду их, эти ответы. А сейчас мне нужно как-то ее утешить и отправить домой. Там, среди родных, она будет в безопасности и скорее придет в себя.
— Мне так страшно! — плакала Анна Викторовна.
