— Ясно, — тихо отозвалась Доминика, продолжая семенить рядом и катить коляску.
— Работа нравится?
— Подходит, — вышло из него все так же хрипло.
Повернув голову, снова поймал момент, когда Ника улыбнулась ребенку и выдала губами тот странный причмокивающий трюк, который используют с детьми все женщины. Пацан беззубо разулыбался. Замахал пухлыми, словно лента сарделек, руками. И притих, не отрывая от Плюшки восторженных глаз.
— А ты в ""Атмосфере[2]"" живешь, да? — спросила, даже не глядя в его сторону.
Продолжая развлекать мальчонку, звонко цокнула языком.
— Откуда знаешь? — удивился Сергей.
— Я тебя однажды видела. Мы близко живем. Я — на Гагарина. Тоже новострой, но намного скромнее, конечно, — улыбнулась уже Сергею, но как-то не особо тепло. Будто с некой издевкой. — Нашу очередь ""СтройГрад"" в декабре сдавал.
— Понятно.
""Салют-салют, бессонница…""
Теперь еще существуй физически, зная, что она на соседней улице… С этим конченным уродом.
— Как познакомились?
Поймав рассеянный взгляд Ники, припрятав внутри себя весь ярый негатив, сухо уточнил:
— С Савранем.
— Да мы, как бы, всю жизнь знакомы.
Чуть выпячивая подборок, глянула куда-то вверх между острыми конусами деревьев и мягко улыбнулась. А Градскому колоссальных усилий стоила одна лишь банальная фильтрация кислорода.
— Олег из моего городка. Мы в одну школу ходили. Он на год старше.
Промолчал, осознавая, что ничего нормального из него сейчас не выйдет. Ника тем временем разболталась.
— Я обычно к родителям на лето езжу.
Кто бы сомневался!
— Это первый год, когда пришлось остаться. Олег… — запнулась, выдохнула. — Да и Лёнчик…
Резануло, словно по живому, а казалось, что за последние минут двадцать уже все, нахер, скончалось.
— Я и учусь, и работаю. Собираю материал для диссертации. Николай Иванович дал мне полную свободу передвижений, — засмеялась довольно. — Как часы в универе вычитала, так в ""СтройГраде"" каждый день отираюсь. Может, не всем нравится, но помалкивают и сразу дают всю нужную информацию.
Николай Иванович — мировой просто! Сам мне много рассказал. Я прям интервью ему устроила. Правда, раньше думала, что отец твой неприятный сноб… — глянула смущенно, проверяя его реакцию. У Градского, конечно, витрина — полный покер- фейс. Физиономия хоть и являлась окном в душу, чтобы ставни закрыть много ума не требовалось. При надобности умел, как никто. — Сейчас поменяла мнение. Хороший человек.
— Рад, что он тебе помогает.
