— Боже, — выдохнула Алина между приступами смеха. — Я думала, если недолго держать тебя в воде с краской, получится естественно и незаметно. Будто ты подросла и сама собой порыжела.
— Ага. Гениально!
— Как вспомню папино лицо!
— ""Красная! Она просто… бл*дь, я не знаю, красная!"" — цитировала Руся звонок отца матери.
— Он, вроде как, понимал, что это всего лишь краска, а все равно испугался, словно мы тебя, четырехлетнюю, в яде искупали. — Алина плакала уже от смеха. — Ты была такой смешной! Сначала красная. Потом, наконец, рыжая.
А после — желтая!
— Мне было тебя жаль. Честно. На улице старалась тебя прикрыть.
— Да, Русь, хорошо, что ты тогда была щекастиком.
— И пузатиком!
Глава 4
…ты еще не знаешь,
насколько далеко всё может зайти…
""План А: отговорить Града"" — не сработал, ""план Б: отговорить Нику"" — провалился, ""план В: отправиться на встречу с Градом втроем"" — заморожен в связи с непримиримыми обстоятельствами.
В конечном итоге, пятнадцатого сентября молодые люди встретились в городском парке.
Позже Ника этот день в календаре обвела сначала красным, а после — черным маркером. У нее не было четвертой пары, поэтому сразу после третьей она отправилась вместе с остальными ребятами из группы в общежитие. Переоделась в домашние шорты и футболку, чтобы Градский не подумал, будто она хоть немного для него наряжалась. Разогрев вчерашний плов и оставив на столе грязную тарелку, сделала вид, что поела. На самом деле не смогла, смыла все в унитаз.
Как увидела, что Град уже ждет ее недалеко от входа в парк, сердце в пятки убежало.
Настолько вдруг страшно стало, не ожидала подобного.
А еще, помимо страха, внутри возникло очень странное волнение. Чего-то такого нервного, прям до трясучки, Доминика прежде никогда не испытывала. Ни перед экзаменами. Ни когда взяла без разрешения мамины серьги и одну из них потеряла. Ни когда на семейном выезде за пятьсот километров от дома уронила в пруд с моста ключи от папиной машины. Ни…
Да о чем она вообще?! Все испытания и неприятные инциденты на фоне ситуации с Градом казались полнейшей ерундой!
По ниточке.
Перед Богом.
Жизнь или смерть.
Пыталась себя успокоить, мол, ничего критического не происходит. Но ощущения, инстинкты, предчувствие — этого от себя не утаишь. Не спрячешь.
Случалось, человек просто чувствовал — впереди прыжок в невесомую туманную бездну, после которого мир перевернется вверх тормашками. Случилось это и с Доминикой.
Ее захлестнуло.
Дыхание перехватило. Руки задрожали.
