– Ой, ладно, – Фил задирает голову к потолку, иронично поддевая меня словами, – я уже понял, что встречаться с Зюзей гораздо приятнее, чем со мной.
– Да не встречаюсь я с Зюзевым! – залпом выпиваю до тошноты горький эспрессо. – Я вообще ни с кем не встречаюсь! Просто ляпнула, чтоб ты отстал!
– Погоди! – Фил настороженно наклоняется в мою сторону и с важным видом уточняет: – Я ему что зря нос разбил?
– Зря! – сдержать улыбку не выходит, да и Сашка снова заливается, довольный собой. – Мы проект делали совместный, а ты моего напарника покалечил.
А сейчас…
В голову непрошенно врываются обрывки горьких воспоминаний: выселение из квартиры и Митькин клоповник вместо уютной однушки, объятия Яна ночью и гнетущее одиночество сейчас. На смену улыбке мгновенно приходят слёзы, как отражение жестокой реальности.
– Эй, ты чего? – Филатов прекрасно замечает резкую смену эмоций на моём лице, да только к откровениям я не готова.
– Ничего! Фил, мне домой надо!
Прямо так, босиком, завёрнутая в покрывало, плетусь к выходу из квартиры.
– В таком виде? – кидает вдогонку Фил.
– А что делать? – пожимаю плечами. Бездомная, безработная! Да какая разница, во что я одета?
– Погоди! – голосит Сашка и в два счёта нагоняет меня. – Стой здесь! Поняла?
– Нет, – бурчу в ответ, но Фил не слушает, срывается с места в сторону коридора и на пару минут исчезает из вида. Вот он мой шанс уйти из этого дома по-английски, не прощаясь! Но потом вспоминаю, что Шахов увёз меня из клуба без сумки, мобильного и денег, и в отчаянии навалившись на стену, стучу кулаками по глухому бетону в надежде найти ответ: чем так разгневала вселенную?
Фил возвращается весьма скоро.
В руках держит сложенные аккуратной стопкой вещи, а сам кажется немного смущённым.
– Велико, знаю! И не совсем в твоем стиле, – парень протягивает мне одежду. – Но лучше выглядеть оборванкой, чем прости…
– Фил! – не даю договорить, дабы не расстраиваться ещё больше. Он прав! Я выгляжу отвратительно, дёшево, пошло, а потому без раздумий тяну руки в ответ, чтобы забрать вещи, позабыв про тяжёлый плед, который сию секунду снова летит на пол.
В этой суматохе вместо трикотажной ткани случайно касаюсь тёплых ладоней Филатова. На мгновение мы оба замираем.
– Я правда хочу помочь! – голос тихий, вкрадчивый. Такому невозможно не верить! А потому закусив губу, киваю, но ошалелые пальцы с рук Фила не убираю.
– Ты прости за вчерашнее, – Фил кажется серьёзным.
