– Ты красивая женщина, Эмбер. Красивая и желанная. Поверь в это!
Пока Кадар нежно перебирал ее волосы, пропуская их между пальцами, пока она чувствовала его подрагивающую, словно дышащую, плоть, она была готова в это верить. А затем он снова поцеловал Эмбер. Его руки гладили ее плечи и спину, он расстегнул ее бюстгальтер. Он упал на пол, прохладный воздух обдал ее груди, заставляя соски затвердеть. Не отрываясь от ее губ, Кадар коснулся их подушечками пальцев, и Эмбер была не в состоянии сдержать охватившую ее дрожь.
Он ласкал соски, пока они не превратились в тугие бутоны, а внизу ее живота возникла тягучая боль от неутоленного желания. Все чувства Эмбер ожили. У нее возникло ощущение, что она пробудилась от долгого сна, как оживают поникшие от жары цветы под теплыми каплями дождя.
У нее словно больше не было костей. Она стала мягкой, податливой глиной в опытных руках мастера, способного придать ей любую форму, какую он пожелает.
Кадар подхватил Эмбер на руки, словно почувствовав, что ее колени вот-вот подогнутся, но привел ее в изумление, пройдя мимо кровати.
– Куда ты идешь?
– У нас впереди целая ночь. Нам некуда спешить. Душ поможет тебе расслабиться.
Эмбер бросило в жар от такой перспективы. Будет чудом, подумалось ей, если от соприкосновения с ее телом вода не превратится в пар.
Такую ванную комнату ей видеть еще не доводилось. Здесь нашлось место и для просторной душевой кабины, и для мраморных сидений вдоль стен, и для огромной ванны, похожей на чашу, которую и начал наполнять Кадар.
Он снял с вешалки пару больших полотенец. Одним обернул свои бедра, другое накинул на Эмбер, завязав его над грудями.
– Ты когда-нибудь бывала в турецкой бане?
– Нет.
– Тебе обязательно нужно там побывать, пока ты в Турции. Позволь дать тебе представление о том, что это такое. – Кадар просунул руки под ее полотенце. – А это тебе ни к чему, – сказал он, снимая с нее практичные простенькие трусики.
Она осталась без одежды, прикрытая полотенцем, достаточно коротким, и его можно было считать неприличным, потому что оно не скрывало ее ноги, Эмбер почувствовала, как ее кожу стало покалывать от прикосновений Кадара.
Сейчас их разделяла всего лишь тонкая хлопковая ткань.
Кадар усадил ее на сиденье. Зачерпнув в ванне воду металлическим ковшиком, он проверил температуру, а затем облил водой Эмбер.
Вода потекла по ней теплыми ручейками. Кадар снова наполнил ковшик, приподнял ее подбородок и брызнул водой в лицо.
