Зес и граф решили не оставлять меня наедине с моими не радужными мыслями. И я им был благодарен за это.
Они вышли только когда в дверях не появились мои родители.
Спасибо всем, кто не забывает поддержать автора.
Сбербанк: 2202 2061 9078 2131
Глава 16
Глава 16.
Талий и Эмери стояли в дверях, не решаясь подойти ко мне. Я тоже не спешил к ним. Они понимали, что я не виноват с случившемся. Но, как я говорил ранее, это были эмоции от головы, а не от сердца.
— Так и будете стоять в дверях? — спросил я, когда обстановка меня уже стала накалять.
Для Эмери этот простой вопрос стал спусковым щелчком. Она подбежала ко мне и упала мне в колени.
— Ярар! Сын, прости нас! — рыдая произнесла она.
Мне было очень сложно самому не расплакаться. Но я себя, как мог, готовил к этой минуте. Мама не смотрела мне в лицо. Думаю, она боялась увидеть в них холод. Я положил свою руку ей на голову и начал гладить её.
— Успокойся, мама, — сказал я тихо. — Всё позади. — Мне казалось, что именно эти слова она хотела сейчас услышать.
Я посмотрел в сторону прохода, туда, где до сих пор стоял отец. Ему было сложнее, чем Эмери. Ещё около часа назад, он собирался меня убить. А сейчас всё, во что он верил, оказалось ложью. Талий был сильным человеком, и он умел признавать собственные ошибки. Но, видимо, с такими ещё ему не приходилось сталкиваться.
— Так и будешь стоять в дверях? — спросил я. — Вот он я, вернулся. Из рабства! Сам! — Сорвался на крик я. Как бы я не старался, но «ребенок во мне победил».
Он хотел развернуться и уйти, но окрик Эмери его остановил.
— Талий Де Тьер, ты сбегаешь?
Он уже держал руку на ручке двери, когда услышал жесткие слова жены. Эмери подошла к нему и, положив руку ему на плечо, сказала.
— Он наш сын, Талий. И это мы виноваты перед ним. Имей совесть признать, что мы облажались.
Когда он повернулся, огонь в его глазах снова пылал. Такой же у него был, когда он приземлился с Эмери на палубу. Но я не чувствовал опасности для себя.
— Прости меня, сын. Я подвёл тебя! — после чего он подошёл вместе с Эмери и обнял меня.
— Я клянусь, что я уничтожу всех, кто сделал это с нами.
— Записывайся в очередь, — сказал я, и тоже его обнял.
Напряжение между нами стало пропадать, но до настоящего прощения нам предстоит ещё очень долгий путь. Не знаю сколько мы так простояли, но к нам постучались, и Талий крикнул, что можно входить.
В дверях появился князь Орлов. Он посмотрел в нашу сторону и выразительно хмыкнув, остановил свой взгляд на отце.
