Мне во много раз легче.
Корф вырвался из рук Ля Фисто и схватил запястье Тимофея. Я посмотрел в его сторону. И понял, что тот измерял пульс. Он положил, свой кулон на тело Тимофея, и от него пошло нежно красный свечение, которое постепенно светлело.
Что ж, вероятно, я зря грешил на Корфа. Сейчас я видел, что он делает всё, чтобы поднять брата с кровати. Но его сил и знаний не хватало. А тот факт, что он смог понять, что магия исцеления убивает брата, говорил о большом профессионализме Ка Корфа.
Ля Фисто дернулся за целителем, но я остановил его.
— Он помогает. — Потом перевёл свой взгляд на Корфа, чтобы он увидел мои светящиеся синим светом глаза. — Учитель, я вижу черноту у шеи. И она никак не сдаётся. Она словно спрут! Там, где я воздействую на него магией, он убирает клешню, и стоит мне перейти к следующему отростку, первый возвращается обратно.
Корф нервничая жевал губы. Ещё раз он посмотрел на артефакт. Свет камня показывал, что состояние заметно улучшилось.
— Я не вижу того, что видишь ты.
Рассказывай подробно, что ты видишь! — приказным тоном сказал он.
— Это будет очеееннь сложно! — после чего я настроился на рабочий лад и стал рассказывать. — Между пятым и шестым позвонком у него словно поселился паразит. Оттуда во все стороны тянутся отростки.
— Ярар, найди тот отросток, который поглощает его магическую энергию! Ты видишь его?"
"— Нет, для меня ОНО черная клякса, никаких оттенков я не вижу.
— Ищи! — громко сказал Корф. — Он должен быть. Если предположить, что это паразит, то он должен чем-то питаться.
Без подпитки «оно» давно бы погибло.
Я усиленно смотрел на Тимофея аурным зрением, но ничего не видел. Ко всем органам шли отростки. Они оплетали почти весь позвоночник. Но я не находил того, о чём говорил учитель.
— Давай попробуем остановиться, — предложил Корф. — Нужно разработать план. Я никогда не сталкивался с тем, что ты описываешь. Да и вообще сложно представить, что кто-то с таким сталкивался.
Силы у меня ещё были. И хоть я использовал магию омоложения, но воздействовал лишь на определенные участки, а не на весь организм.
Я боялся, что если начну воздействовать на тело брата, то это приведёт к его дисфункции, то есть внутренние органы могут стать, как у не родившегося ребенка. Что повлечёт его немедленную смерть.
Поэтому я перестал питать его энергией. И как только я это сделал, рука Тимофея повисла плетью. А его самого затрясло.
— Немедленно подключайся и делай то, что делал! — закричал Корф.
