Пришлось долго вывязывать маленькие усики и…
– Оставьте его со мной, – сказал Марио, выводя её за плечо. – Я посмотрю, что с ним, и дам вам знать. Может, он в коме? Я проверю, могут ли большие ящерицы впадать в кому.
– Как вы думаете, что происходит? – кивая, спросила миссис Хатчисон сквозь слёзы.
– Понятия не имею, – ответил Марио и заморгал на солнышке, но тут снова звякнул колокольчик. – Я займусь расследованием. А пока до свидания.
Порыв ветра из двери сорвал одно из объявлений, и ветеринар наклонился его поднять.
Вот только прикрепить обратно сразу не смог: доска объявлений, где обычно висела пара буклетов о корме для домашних животных, была усеяна рукописными заметками. Практически везде говорилось о пропаже кошки.
Дверь снова открылась.
– Как только смогу, миссис Хатчи, обещаю… о…
– Я принёс своего попугая, – сообщил заплаканный мужчина в комбинезоне.
Марио посмотрел через плечо на посетителя и увидел целую очередь людей, сжимающих клетки и ящики.
– Ах. Минутку, народ, сначала я должен осмотреть это животное.
Пожалуйста, пройдите в зону ожидания, и я скоро вас приму.
В помещение набилась толпа, и Марио решил отнести игуану в хирургию.
– Столько мёртвых питомцев, Мистер Милах, и, боюсь, ты не исключение, – произнёс ветеринар, аккуратно поправляя хвост ящерицы. – Такой же мёртвый, как наш приятель мистер Баркли, а он…
Марио застыл на пороге операционной.
Тележка была пуста, резиновая простыня кучей валялась на полу.
Баркли пропал.
Марио присел, разглядывая цепочку влажных следов от лап, а ящик в его руке вдруг стал раскачиваться.
36. Фургон
– Еле ушли, – произнёс Аркл, цепляясь дрожащими руками за подголовник. – Видели, как он бежал? Видели его глаза?
– Да, – тихо ответила Хэдли. – И такое чувство, что до сих пор вижу. Как если на солнце посмотреть.
Все вспомнили глаза Барнаби и поёжились.
– Где ты научилась водить? – спросил Сеп.
– Папа выучил, – отозвалась Лэмб. – Я работала на комбайне с десяти лет. На ферме нужно трудиться. И мне повезло, что я умею водить машину.
"
"– Разве все на острове знают, что это грузовик твоего отца? – спросил Сеп, прежде чем Лэмб успела ответить.
– Они просто машут грузовику, – сказала она. – Не видят, кто внутри.
Сеп заметил, как сильно Лэмб теперь походила на мать. С его места вообще казалось, что за рулём сама миссис Ламберт.
Они ехали по узкой лесной дороге, выложенной битым камнем, и шины оставляли на поверхности следы вроде бороздок на старом стуле.
