"
"Это были лишь картинки из событий прошлого, какие заставили задуматься. Все другие способы вряд ли могли достичь цели, в сенатском здании установлен мощный магический щит, в частных домах знати тоже. Богатые рестораны на такой риск не пойдут.
А в театре слишком много разной публики, и театральные дивы, все как на подбор иностранки, мёдом им тут намазано.
В очередной раз прокручивая в голове эту загадку, где же действительно мог подхватить магическую заразу сам канцлер. Князь вошёл в покои к умирающему наставнику.
Всего-то сорок девять лет, самый расцвет мужской силы и мудрости, но угасает на глазах.
— Вера Антоновна, голубушка, ну что же вы так себя не бережёте. Я с ним побуду, а вы пойдите отдыхать, всё будет хорошо! Вы нужны детям, а так полностью отдавая себя мужу, вы угасаете, больно смотреть на ваши страдания.
— Ах! Андрей Васильевич, Модесту очень тяжело далась эта ужасная ночь. Я боялась, что он не переживёт! Что же делать? Неужто ни единого средства нет? Врачи разводят руками, говорят, что это магия.
Одна надежда на вас! — Разумовский помог подняться уставшей жене Орлова и чуть не силой проводил из спальни, Вера теперь напугана, что каждая секунда мужа может стать последней, и она себе никогда не простит, если не попрощается. Ещё раз громко всхлипнула, но поддалась на уговоры Андрея Васильевича и позволила себя отвести в спальню.
Князь попросил камеристку позаботиться о госпоже, иначе измученная княгиня не выдержит, так изводить себя нельзя. Прошептал и закрыл двери.
Сейчас время для обряда, чтение коротких заклинаний по памяти, если бы книга не закрыла магию, чистка стала бы возможной. Но книга молчит, открывая страницы, он каждый раз надеется, что они заговорят.
— Кх! Ох! Отпустил бы уж меня в мир иной! Не стою я того, чтобы так изводить вас всех! — простонал умирающий.
— Послушайте, Модест Сергеевич, что за глупости. Помогите мне настроем на победу. У меня появился малюсенький шанс вас спасти! Мне лишь нужно пару недель обуздать кое-кого, чтобы доверить такую ответственную магическую работу! — прошептал Разумовский и сел в кресло рядом с кроватью, взял наставника за руку и приготовился читать заклинания, как в этот момент в сознании вспыхнул образ Ульяны.
И такой яркий!
Даже Орлов почувствовал что-то новое в своем лекаре:
— Вам ради неё надо жить, оставьте меня, не трать силы, прошу, я не жилец! Обуздай себя, для начала, наивный мальчишка! — в таком состоянии Орлов ещё и шутить пытается.
