Единственное, что пришло мне в голову: начальство перенесло грипп, получило осложнение на мозг и решило, что Дашутка дочь нужного влиятельного человека.
— Как дети? — лучился улыбкой Михаил Николаевич.
— Спасибо, в полном порядке.
— А мама?
— Великолепно! — бодро воскликнула я. Ну не объяснять же ему, что матушку свою я не помню, она скончалась, когда дочь еще не научилась ходить, воспитывала меня бабушка, практически никогда ничего не рассказывавшая о моих родителях. Я знаю только, что отец и мать у меня когда-то были.
— Супруг, надеюсь, в добром здравии? — задал следующий вопрос Михаил Николаевич.
— Работает, очень занят, — лихо соврала я, давно пережившая развод с очередным мужем.
— Ну, прекрасно, — закивал ректор, — видите ли, Дашенька…
Я вцепилась пальцами в сиденье стула. Дашенька!
Матерь Божья! Михаил Николаевич явно не в себе!
— ..хочу попросить вас о небольшой дружеской услуге. Елена Борисовна.., знаете ее?
— Да, — шепнула я, — ваша секретарша.
— Именно так! Елена Борисовна говорит, что товарищ Васильева скромный, неболтливый, интеллигентный человек.
Просьба моя не имеет отношения к работе, она очень личная.., частная. Конечно, вы можете отказаться.
— Постараюсь сделать для вас все! — воскликнула я.
— Замечательно. Понимаете, я заказал для жены подарок, браслет из ее любимого жемчуга. Сегодня нужно забрать изделие, ювелир уезжает через пару часов в Подмосковье, в санаторий. И вот незадача! Мой водитель слег с температурой. Елена Борисовна пожилая дама, ей на метро трудно ехать… Так вот.
., э.., она сказала, вы.., порядочный человек.., сделайте одолжение, съездите за сувенирчиком, не в службу, а в дружбу.
Вот адрес и конвертик с деньгами.
У меня отлегло от сердца. Бог мой, какая ерунда!
Начальство всего лишь решило использовать преподавательницу в качестве курьера.
— Елена Борисовна пообещала, что вы не станете распространять по институту сплетни о наших хороших отношениях, — пел Михаил Николаевич.
Я схватила листок бумаги и конверт.
— Уже еду!
— Спасибо, поверьте, я буду очень вам благодарен.
Да, кстати, мне надо в министерство; если, вернувшись назад, вы обнаружите кабинет пустым, не отдавайте сверточек Елене Борисовне. Между нами говоря, она сплетница. Хорошо, душенька? Вручите его мне лично в руки.
Я кивнула и пошла одеваться. Путь предстоял неблизкий, в другой конец Москвы, на дворе стоял лютый холод, колкий, острый ветер больно бил по лицу.
На обратной дороге мне досталось в вагоне метро место.
