Флай прекрасно танцевал, но сначала пытался себя сдерживать: боялся показать свою страсть и привязанность ко мне, но потом, видя мои сияющие глаза, просто не смог не ответить. Он отпустил свои чувства, расслабился, доверился мне так же, как и я ему. Пусть в танце, но это только пока.
Казалось, между нами искрился воздух от тех эмоций, что мы испытывали. Подруги и Вайриан искренне радовались за нас, отец немного грустно улыбался, а до чувств остальных мне не было дела. Кстати, Вай поговорил с матушкой, и леди Гориза вела себя прилично: никаких скандалов и сплетен.
Уж не знаю, что ей сказал сын, но результат мне понравился.
Наконец, почти все традиции были соблюдены, оставался только один: передача в новый род. Конечно, меня никуда не передавали, но, тем не менее, мы решили соблюсти необходимый ритуал. Флай вытащил из моей прически шпильки, и пряди упали на плечи. Под традиционные песни он покрыл мою голову специальной накидкой, и подруги увели меня к отцу — «прощаться с родом». Но на самом деле, нам хотелось просто поговорить.
* * *— Тебя что-то печалит, — констатировала я, прижавшись к отцу, — расстраивает, что дочь выросла? Но ведь меня не надо никому отдавать…"
"— Я очень рад за тебя, Лада. Все получилось замечательно. Брак с дроу оказался не таким страшным, как мне казалось. Флайдин — хороший мальчик, пусть он по годам старше меня, но по опыту пока еще молод и неопытен. Он стремится разобраться в основах управления и искренне хочет делать все правильно. Ты ему сильно нравишься. Однако… — Соннар замялся.
— Что? Ты боишься чего-то?
— Я многого боюсь, но печалюсь не от того, — отец погладил меня по голове, как будто маленькую девочку. — Глядя на вас, мечталось о собственной свадьбе. Я хотел бы жениться на Хильде. Пусть бы она работала, раз так хочет этого. Но все мои попытки уговорить ее натыкаются на решительный отказ. Она говорит, что я не провинциальный барон, который может себе позволить жениться на простолюдинке, а целый герцог! Меня недавно окончательно помиловал его величество, и стало еще хуже.
Хильда теперь считает, что бросает тень на мою репутацию. Придворные дамы ее заплевали ядом! Если бы я мог сделать Хильду своей женой, то разом заткнул бы рты всем этим высокородным гадюкам. Когда я был в немилости, они чурались меня, а теперь, когда Марк снял опалу, улыбаются и льстят.
Отец тяжело вздохнул и покачал головой.
— Ничего, скоро все разъедутся, в том числе и вредные дамы, Хильда немного успокоится. А потом, может быть, ты ее уговоришь.
