По идее, у меня сердце должно было в желудок провалиться, но голос у него был нормальный, так что я решил не паниковать, а послушать дальше. Провалиться всё и везде успеет, если надо.
— И что?
— Всё в порядке, — ответил он. — Мы засаду устроили. Было четверо, есть трофеи. Насчёт трофеев я договорился, куда пристроить. У нас пострадавших нет. Но они убили дачного сторожа, который с нами тогда ехал.
— Петрович, — вздохнул я. — Рыжий такой, с бородой.
— Да, его.
Я с облегчением выпустил воздух, хоть и несколько застеснялся своей чёрствости.
Петровича мне жаль, но я уже к смертям вокруг привык. Главное, что не пострадал никто из своих. Он услышал мой вздох, засмеялся:
— Ты не видел, на что девушки способны. Партизанская засада в классическом виде, те и выстрела в ответ сделать не успели. Их просто снесли, за секунду. На куски разорвали.
— Ну и отлично, — заявил я. — Не хрен было. А следующие не заявятся?
— Это уже не ко мне вопрос, — ответил он. — Сам соображай.
— Понял. Скоро выедем обратно.
Вы там поаккуратней.
Пасечник Александр Васильевич
21 марта, среда, вечер
Когда группа, покинувшая НИИ, разместилась в усадьбе Бурко, Пасечник благоразумно не стал докладывать хозяину о наметившемся успехе. Если ты так и не обнаружил, куда делись Крамцов с Дегтярёвыми — это понятно. В стране бардак, ничего не работает, и гарантии, что они будут обязательно у Крамцова на даче, быть не может. Может быть, они все уехали к какой-нибудь двоюродной бабушке под Краснодаром или ещё куда.
Или вообще погибли в начавшихся беспорядках. А вот если сказать, что ты «почти победил», а потом всё это провалить, то выйдет намного хуже. Это лучший способ испортить свою репутацию навсегда.
Зато Пасечник непрерывно давил на Ерёменко. И положение того с каждой минутой становилось всё хуже, потому что «команда уродов» пропала со связи. И опера, которые с ними должны были встретиться, тоже пропали со связи. Последнее, впрочем, легко объяснялось деятельностью «уродов», а вот исчезновение самой команды…
Один из «Транзитов», утыканный антеннами по всей крыше, был специализированной машиной, совмещавшей в себе функции поста прослушки, машины радиоразведки и КШМ.
И трое человек из обслуги пытались связаться с машиной «уродов» любым способом, по мобильному, через автомобильную радиостанцию, запеленговать сигнал радиомаяка, но безуспешно. «Уроды» исчезли из эфира. И вот это нравилось Пасечнику всё меньше и меньше.
