На верхнем этаже фабричных корпусов, прямо за окнами-бойницами, устанавливали стомиллиметровые противотанковые пушки «Рапира», устаревшие, но очень надёжные, которые могли уничтожить всё, что попадёт в зону полёта их скоростных снарядов."
"В замкнутом дворе на различных позициях расположили буксируемые версии «Нон», полугаубиц-полуминомётов. Ещё когда создавались первоначальные планы постройки этой крепости, Салеев настаивал на том, чтобы огневая мощь их преимущественно базировалась на ствольной артиллерии. Она дешева в использовании, долговечна, а с опытными расчётами и в точности ракетным системам не проигрывают.
Не забыли и миномёты. Стодвадцатимиллиметровые «Сани» в количестве нескольких батарей были размещены по территории комплекса и легко могли забросать минами всё, что попадёт в поле зрения наблюдателей на дистанции до семи километров от стен. Вместо стандартных буксировщиков для этих миномётов использовались «Водники». Причём по двум типам: с десантным модулем, когда миномёт буксируется следом на колёсной группе, и с платформой, когда орудие устанавливается на машину «верхом» и превращается фактически в самоходное.
Откуда у ФСИН артиллерия? Ниоткуда. Нет у ФСИН никакой артиллерии и быть не может. Зато совсем неподалёку, на северной окраине города Твери, раскинулся кадрированный артполк. А командовал артполком некто подполковник Семёнов, чья карьера последние два года шла под личным присмотром Александра Бурко, и зарплату он получал не только у себя в финчасти, но и в чёрной бухгалтерии «Фармкора», через Марата Салеева.
Следует ли упоминать, что вторая зарплата многократно превышала первую, а взамен абсолютно никаких злоупотреблений от Семёнова никто не требовал.
Этот же подполковник Семёнов при совсем незначительной поддержке «Фармкора» сумел заменить два десятка несущих здесь службу офицеров своими людьми. Никого не выживали, никому не портили карьеру. Нежелательные офицеры получали повышения, отбывали к лучшим местам службы. Никто не озлобился, никто не писал ругательные рапорты, никто не портил схему.
Затем пришла очередь прапоров и контрактников, которые тоже оказались стопроцентно своими. К нынешним временам Бурко заполучил лояльную лично ему кадрированную часть, которая могла снабдить его лёгкую пехоту тяжёлым вооружением. И вот этот момент настал. Команду на присоединение к Центру Семёнов получил не сразу, ему дали возможность оценить происходящее. С его незначительными силами даже вопрос удержания территории был сомнителен.
