Дегтярёв отогнал эти мысли как глупые, но не нагнулся, а присел у стола на корточки.
Ринат прикрывал ему спину, дышал спокойно, и Дегтярёв подумал, что не следует быть настолько нервным. Он быстро собрал все диски с пола, лежавшие перед ним, но ни на одном из них не было надписи маркером: «Последние наблюдения. Копия», которую он сделал своей собственной рукой. Он огляделся и увидел ещё один диск, выглядывающий из-под тумбы письменного стола. Вот он куда закатился, если это он, конечно. Дегтярёв протянул руку к диску, потянул его пальцами к себе, и в этот момент что-то маленькое высунулось из темноты и вцепилось ему в палец.
Он заорал от неожиданности и отдёрнул руку. Маленькая крысиная тушка пронеслась в воздухе, сорвалась с пальца, раздирая зубами плоть, и, ударившись в стену, быстро побежала вдоль неё в темноту. Но побежала тем странным, дёргающимся, переваливающимся аллюром, каким бегали в клетках мёртвые крысы.
Ринат обернулся на крик, водя стволом ружья из стороны в сторону в поисках опасности.
Дегтярёв вытащил из кармана носовой платок и уже заматывал себе палец.
— Владимир Сергеевич, что случилось?
— Крыса укусила, — неожиданно спокойным даже для самого себя голосом ответил Дегтярёв и подобрал диск с пола. Он оказался тем самым, из-за которого они и спускались в лабораторию. — Всё, Ринат, пошли наверх, я нашёл то, что нужно. Мне надо себе палец там перевязать.
— Крыса не заразная? — забеспокоился охранник.
— Думаю, что нет, — соврал Дегтярёв.
Они быстро дошли до двери лаборатории, потом также быстро выбрались из подвала. У самого выхода, едва закрыв за собой дверь, они столкнулись с Оверчуком.
— Что там внизу, Владимир Сергеевич? — поинтересовался безопасник.
— Разгром, развал, — мрачно сказал тот.
— Порезались? — Оверчук кивнул на перевязанный платком палец Дегтярёва.
— Да, порезался, — кивнул учёный. — Стекло битое кругом. Я буду у себя в кабинете, и мне очень хотелось бы с вами переговорить, Андрей Васильевич.
— Хорошо, разумеется, — кивнул безопасник.
— Я перемотаю руку, и, если вас не затруднит, минут через пять зайдите ко мне. Там достаточно света от фонарей с улицы, мы сможем разговаривать.
— Хорошо. А пока Минаева отыщу, что-то я давно его не видел. — Оверчук повернулся к охраннику, спросил: — Ринат, не видел?
— Нет, Андрей Васильевич, — помогал тот головой.
— Чёрт, я без рации, — вздохнул Оверчук. — Ну-ка вызови его.
Дегтярёв отдал фонарь Ринату.
