Это любовь

Так шатко она себя не чувствовала, пожалуй, никогда. Новость о беременности стала для нее полнейшим шоком, хотя в глубине души Аля, конечно, понимала, что если уж Аркаша чего задумал, этого не избежать… Но да, она и сейчас не могла до конца поверить, что внутри нее растет, возможно, чужой ребенок. Да, ребенок молодого мужчины, которым она увлеклась… Но все же не Аркашин ребенок! Она так боялась, что из-за этого будет как-то иначе относиться к крохе. Она боялась, что все обернется не так, как Мудрый задумал.

Она вообще всего на свете боялась! Как никогда в жизни, Аллах.

– Да, поначалу он разозлился. А потом?

– Ну, что потом, Аркаш? Потом пришла… эта его…

В голосе Альбины послышались ревнивые нотки. Мудрый оскалился.

– Потом он задумался. А когда молодой Грос думает, он обычно не делает глупостей.

– Остается надеяться лишь на это."

"Дома Альбина никак не могла уснуть. Сон не шел, хоть ты тресни. Мысли не отпускали, тело ломило от усталости, но стоило закрыть глаза, как она снова видела Савву.

Как он смотрел на нее в ту секунду, когда понял правду… Но ведь он не бросился к ней! Не сорвался. Не стал требовать каких-то ответов. Она бы хотела гордиться его стойкостью. Но от иррациональной обиды ей хотелось лишь плакать. Наверное, все дело в гормонах.

– Иди сюда, что ты вертишься?

– Тебе не кажется странным, что он не потребовал от нас ответов?

– Альбин, там была куча людей, чье внимание могло нам оказаться совершенно не на руку.

– Да, но что ему помешало приехать? Сколько уже прошло? – Альбина отбросила одеяло и вскочила на ноги.

– Альбина Ринатовна, возвращайся в кровать. И прекращай дергаться. Как бы наш малыш себя ни повел, ты не должна нервничать.

– Ну, спасибо! О-оп. – Аля сделала вид, что проворачивает невидимый рычаг. – Тревога отключена!

– Ерничаешь? – сощурился Мудрый.

– Ну, ты же понимаешь, Аркаш, что это так не работает! – возмутилась Альбина, возвращаясь, впрочем, к мужу в кровать.

– Значит, будем действовать по-другому.

Мудрый медленно сжал ткань рубашки у жены на груди. Ее зрачки мгновенно отреагировали, расширившись, дыхание сбилось. Рывок, и шикарная батистовая сорочка повисла двумя тряпочками, оголяя роскошное сочное тело.

– Аркаш… – прохрипела Альбина.

Мудрый склонился к жене, взвесив в ладони полную грудь, прикусил губами сосок. Раскатал его между пальцев, заставляя Алю шипеть.

– Такая красивая девочка… Нежная. Вкусная.

У Альбины голова шла кругом.