Это (не) ваша дочь, господин маг

— Где вы это взяли? Я несколько недель назад сдала это ювелиру, — стараюсь говорить твёрдо, но голос всё равно выдает волнение.

— Всё верно, — губы Кана застывают в улыбке, а взгляд продолжает нещадно жечь. Он тут же поднимает другую руку и раскрывает ладонь.

— И это тоже, полагаю, твоя…

Я опускаю взгляд. На его ладони лежит ещё одна серьга, копия этой…

— Дайте угадаю, — задумчиво поднимает взгляд к потолку. — Вы где-то лет пять назад потеряли её на одном из светских вечеров, когда повстречали… меня.

— Перестаньте, — срывается с моих губ судорожно, сердце колотится яростными ударами, что наполняют мои уши в создавшейся тишине.

Он вдребезги разбил тонкую маску безразличия, которую я так старательно надевала, находясь рядом с ним.

Лицо Фоэрта Кана становится серьёзным, а взгляд проницательным, ни единой доли насмешки нет в его глазах, а что-то невообразимо глубокое, заставляющее меня утонуть, забыв об осторожности, о барьере, который рушится с каждым тяжёлым ударом сердца. Глупо отрицать, что это моё, когда ответ очевиден.

Меня окатывает жаром, когда я понимаю, что всё это время он хранил эту вещь у себя, в тайнике. Мне совсем не хватает воздуха от самых разных чувств, которые рождаются сейчас.

— Это твоё, — утверждающе произносит он, — можешь забрать.

Я не могу пошевелиться, ошеломлённая всей этой ситуацией и осознанием.

Фоэрт помогает мне — берёт мою руку и вкладывает серьгу в ладонь, зажимает пальцы. Кажется, я совершенно не знаю ничего о нём, о том, что он, возможно, думал обо мне долгое время…

Я моргаю, обездвиженная, в полной растерянности.

— С-спасибо… господин Кан, — отступаю, чтобы немедленно сбежать."

"— Останься, — ловит за запястья, заставляя вздрогнуть всем телом. — …Ненадолго, прошу.

Боже, этот взгляд, этот голос просто сводят с ума. Секунда замешательства, но, кажется, всё уже предопределено, да? Фоэрт обхватывает мою шею, ласкающим движением притягивает к себе и… впивается в мои губы.

За что мне это всё? За что мне он?

— Невозможно, — шепчет глухо.

— Невозможно сладкая.

Его рука перемещается на моё плечо, обнажает его, стягивая бретельку сорочки, ткань цепляется за вершинку. Фоэрт стискивает челюсти, сжимает голую грудь в своей горячей ладони. Из моих губы врывается рваный выдох. Судорожно стискиваю в пальцах футляр. Кан, замечая мои неудобства, прерывается, тяжело выдыхает и забирает футляр из моих пальцев, отступает и кладёт на тумбочку.

Завороженно наблюдаю за ним, как он возращается ко мне.