— Я только что вышла из бассейна, и не очень удобно, но если тебе срочно нужно, — а тебе нужно, иначе ты бы не стал так поздно звонить, — время найду. Так что произошло?
Где-то на заднем фоне включается фен. Она, видимо, в раздевалке.
В ситуации нужно поставить точку немедленно, но я мешкаю. Задать матери вопрос такого плана — на самом деле испытание. Я не собираюсь причинять ей боль. Она из тех людей, которые под защитой.
— Мам, я сейчас в Турции на отдыхе и случайно встретил отца.
— О, да, он улетел по делам.
Как вы поговорили? — В голосе сквозит надежда на то, что мы помирились.
— Так себе. Он… мам, он намекнул, что не родной мне. Это правда? У меня… — Закатываю глаза и вздыхаю.
Об этом говорить сложно, даже сейчас, в моем возрасте, после всего того треша, в котором я варился годами, в том числе благодаря отцу со всем его многолетним молчанием как способом наказания. Отличным способом, кстати, крайне действенным. И тем не менее я буду вести себя так, как положено взрослому человеку.
Продолжаю спокойно:
— У меня другой биологический отец? Мне нужно знать.
Мама молчит. Секунды взрываются сверхновыми и утаскивают в черноту.
— Нет-нет-нет, — шепчет Крис. Прикусывает ладонь.
Она, блядь, в панике, а я застываю. Не могу подобрать слова, чтобы ее успокоить. То, что между нами творилось в эти пару недель, можно обозвать каким-нибудь громким словом, например — затмение. На нас обоих нашло затмение, и это было хорошо по эмоциям и уровню удовольствия.
Беру Кристину за руку, притягиваю. Она забирается на колени, обнимает за шею и прижимается. Несколько раз целует в висок, пока мы оба ждем ответа. Она… совсем малышка еще. И я сам осознаю, что при столкновении с этой проблемой ощутил себя подростком.
Можно отредактировать информацию и жизнь любого человека, даже того, кто ни разу не заходил в сеть. Можно скачать данные, по желанию их подменить или изменить, а можно — полностью стереть, словно человека и не было.
И это огромная власть, к которой я привык. Но поменять физический ДНК-код невозможно. Нет таких технологий. Как бы ты ни был хорош в своем деле, всегда найдется сила, способная тебя уничтожить.
— Мама, ты молчишь, и мне это не нравится. Я могу рассчитывать, что услышу правду?
Вместо правды она зло произносит:
— Я убью этого старого, выжившего из ума козла.
Закрываю глаза. Кристина горько всхлипывает. В голове поток отборного русского мата.
