Хочешь новости? У тебя теперь появится свой конвой из бравых парней, государство обещает. Раз внутри своих структур разобраться не могут, пусть защищают от себя же.
Мы едем еще некоторое время. Я, наконец, произношу:
— Звезды хотят, чтобы ты закончил какой-то проект к июню. Этот тот, что ты бросил? — Дождавшись кивка, спрашиваю: — Ты ведь не будешь это делать?
Он снова отвечает не сразу. Слишком зол на ситуацию: генерал обещал беречь меня. В обмен на огромный труд и риски Демьяну поклялись, что обезопасят его близких, но не сдержали слово.
Сегодняшний день показал, что в любой момент меня могут по досадной ошибке арестовать, часами мучить, угрожать, допрашивать. Пока Баженов сам не вмешался, это не прекратилось. Он мог зависнуть в спортзале или на совещании на несколько часов. Если бы не Кирилл Нестеров и если бы Демьян не проснулся параноидально обеспокоенным, так бы и было.
— Демьян? — вновь разрушаю тишину, напоминая, что вопрос все еще висит в воздухе.
Закрытый от мира хакер Демьян Баженов — мой лучший друг, и я кожей чувствую, что он разочарован.
Вот только насколько глубоко — неясно. Он может быть разочарован в выборе стороны. Если он переметнется и подставит «Солар», последствия могут быть ужасающими.
— Не буду, разумеется, — говорит Демьян для меня или самому себе напоминая. — Ту страницу жизни я перелистнул. NST занимается только безопасностью, да и я тоже.
— Я тебе верю.
Этим вечером за ужином я тише, чем обычно. Это замечают и моя мама, и Рада Максимовна. Каждая спрашивает украдкой, все ли хорошо с Демьяном или на работе.
Не обижают ли меня? Демьян тоже замечает, конечно, и это хуже всего, потому что от него не скрыться, не спрятаться, наша связь слишком сильная, чтобы я могла его обмануть. Он раздражается. Он как катушка ниток, с которой сматывается терпение, оставляя лишь голую злость.
Все, что касается меня, на него действует красной тряпкой. Это я давно уже поняла, еще с Марка Росса, который лично Баженову ничего ужасного не сделал, но из-за меня Демьян его по-черному ненавидит без шанса не примирение.
Стараюсь, разумеется, быть беспечной и делать вид, что этих четырех часов ада в моей жизни не было, чтобы не беспокоить своего кибер-рыцаря, однако плохо получается. Его работа вдруг стала опасной, и выходит, что он втянул в нее меня. Но расстаться из-за этого, бросить друг друга — кажется самой болючей идеей из всех возможных.
И тем не менее она, идея эта, камнем висит в воздухе, когда Демьян на меня смотрит.
