Кайкен

Довольно стройный, он двигался с определенной грацией, оживленной жестикуляцией подчеркивая произносимые фразы и стараясь, чтобы его слова звучали тепло и убедительно. В лексиконе Пассана имелись названия для подобной повадки, но он предпочел оставить их при себе, дабы не упоминать всуе содомию и вазелин.

Они расселись по разным сторонам длинного полированного стола. Интерьер зала ничем не отличался от обстановки, царившей в кабинетах и коридорах. Та же безликая атмосфера, лишенная малейших признаков уюта; та же казенщина, вынуждающая людей вести себя как положено и мыслить в установленных рамках.

— Хотите что-нибудь выпить? — предложил Пассан. Надо с самого начала показать, кто здесь хозяин.

Майор протянул руку к телефону, стоявшему на конце стола, и позвонил в секретариат третьего этажа. Самым любезным тоном попросил секретаршу принести ему чашечку кофе. Нет, не кошачьей мочи из автомата, а того божественного нектара, что она варит в своем итальянском кофейничке.

Если разобраться, он был даже рад неожиданной передышке.

Да, предательство Наоко задело его, и очень больно, но сейчас он отыграется на этом молокососе. После безумной гонки в метро, после постигшей его неудачи, да еще на фоне все крепнущей уверенности в том, что Гийар будет продолжать творить свое черное дело, его как-то не очень тянуло вновь с головой окунаться в кошмар.

— Рискну повториться, — заговорил Дюкло, — но должен вам напомнить, что вы вовсе не обязаны сегодня отвечать на мои вопросы.

— Почему вы заранее не предупредили о своем визите?

— Я звонил утром, но вас не было на месте.

— Обычно перед проведением экспертизы подобного рода документы присылают за несколько дней до назначенной даты.

— Адвокат вашей супруги мэтр Рэн привык действовать, скажем так, очень эффективно. Он настоял на ускорении процедуры.

— Чтобы застать меня врасплох?

Дюкло вместо ответа лишь улыбнулся и извлек из портфеля довольно толстую папку, перетянутую матерчатой лентой. Пассан скривился.

Выходит, этот тип уже некоторое время собирает на него досье. Хотя, скорее, этим занят адвокат Наоко. Интересно, что там, в этой папке? Обстоятельства его профессиональной жизни, вообще-то, не подлежат разглашению.

— А моя жена в курсе? Или это целиком инициатива ее адвоката?

Новая улыбка. Пассану было слишком хорошо знакомо это выражение лица, означавшее: вопросы здесь задаю я. Он и сам напускал его на себя, беседуя со свидетелями и подозреваемыми.