Кайкен

Как все родители, отныне он жил в постоянном страхе, ночью просыпался из-за пустяка. Или его будил кошмар: Хироки упал с лестницы, Синдзи не справился с диктантом, кто-то из них рыдает за закрытой дверью, а он ничего не может поделать. Ночью он открывал глаза, потный от тревоги, видел очертания табельного оружия в кожаной кобуре и ощущал всю глубину своей беспомощности.

Теперь кошмар обернулся реальностью, угроза приобрела конкретные очертания. Прежде чем в изнеможении рухнуть на кровать, Пассан сделал еще кучу звонков, прощупал почву, встряхнул начальство, проверяя, не поступало ли сведений о побеге или необычном происшествии.

Конечно, ничего такого не случилось. Впрочем, он и не нуждался в других зацепках.

Преступление было подписано — зародыш ясно указывал на Гийара.

Съехав с магистрали, Пассан оказался в лабиринте перестроенного квартала: тот уже ничем не напоминал прежнюю промышленную целину, утыканную ветхими складами и закрытыми заводами. Теперь это была гигантская коммерческая зона на американский лад.

Недостроенный торговый центр «Милленер» уже вздымал свое знамя, словно тут вы вступали в царство досуга и потребления. Здесь, среди едва начавшихся строек, грубых бетонных коробок и недавно возведенных зданий, казалось, что квартал то ли слишком рано открылся, то ли слишком поздно завершил работу.

Ничего не различая под проливным дождем, Пассан предпочел выключить сирену, чтобы не усиливать общий хаос. Кругом — развилки с одним и тем же указателем «Другие направления».

Проезжие пути тянулись вдоль незавершенной трамвайной линии, площадки и стройки множились на глазах. Пассан кое-как прокладывал себе дорогу в этой неразберихе.

Если верить навигатору, до намеченной цели оставалось несколько шагов. Сперва он заехал домой, чтобы выгрузить свои вещи после отъезда Наоко, и кое-что там прихватил.

Лента ограждения все еще окружала сад, а охрану из полицейских в форме его появление нисколько не удивило. В конце концов, он здесь у себя дома.

Авеню Виктора Гюго.

Пассан сдал налево и пересек встречную полосу, заставив затормозить ехавшие по ней машины. У парковки автосалона «Ферия» резко затормозил, взвизгнув покрышками. «Субару», все еще заляпанная грязью Стэна, отразилась в витрине, вгрызаясь в сверкающие хромом модели, что были выставлены на продажу. Пассан заглушил мотор и выскочил из машины, словно черт из коробки.

Обогнув ее, он открыл багажник, после секундного колебания выхватил оттуда топор.