– Нет уж! Вредить женихам я не стану!
Нечисти хорошо, она в лесу на постоянной основе проживает, а мне еще как-то надо в люди выходить. Не хотелось бы потом на каждом столбе наблюдать свою физиономию в профиль и анфас с затейливой надписью: «Разыскивается живой или мертвой».
– А тебе и не нужно будет им вредить, – сладко улыбнулась Фиалка. – Наоборот, ты станешь всячески их оберегать. Да с такой ведьмой, как ты, у претендентов вообще проблем не возникнет. Ни ма-лей-ших!
Яблонька и Мьятта переглянулись и покраснели.
Надо же, оказывается, у некоторых фей совесть имеется. Быть плохишом за компанию не так-то и просто, тот же волкодлак Захарий так и не смог изжить добрый нрав и превратиться в безжалостного монстра. Внезапно я обнаружила, что больше не наблюдаю косматой зверюги на полянке.
– Народ, а куда делся Захарий?
– Побежал короткой дорожкой к домику прекрасной принцессы, – словно невзначай обронила русалка. – Может, даже съест.
Феи тут же загалдели и потребовали, чтобы на Захарчика не возводили напраслины.
Дед Белогриб принялся картинно размахивать посохом и призывать всех к порядку, ибо на военном совете негоже галдеть подобно гусыням. Русалка заявила, что мы ей надоели и вообще мешаем огурчики засаливать. Иов забросил свой натюрморт и начал делать наброски присутствующих. Древни тихонечко обсуждали тонкости импровизации в диком лесу. Еще одни непризнанные таланты на мою голову!
Удивительно, но в поднявшемся шуме я расслышала голос Листика:
– Иди уже.
Только учти, что к Черной башне обычными тропками долго добираться.
– А как же Захарий?
Домовой немного помялся, а потом буркнул невпопад:
– Он волкодлак.
Как будто это хоть что-нибудь объясняло!
Я призвала ступу и направила ее вверх. Где-то в тумане должны были находиться так необходимые мне ворота. Если повезет, я доберусь к убежищу принцессы раньше страшного черного волка.
* * *Психика ее высочества оказалась такой же крепкой, как и руки. К моему прибытию она успела выбросить из окна башни стул, тумбочку и не пойми какое количество стеклянной посуды.
Вряд ли хоть один из снарядов достиг цели, однако настроение несчастному Захарию испортил. Волкодлак метался у подножия башни, пытаясь угомонить разбушевавшуюся деву.
– Ваше высочество, успокойтесь, я с вами только поговорить хочу!
– Убирайся, монстрятина блохастая!
В волкодлака полетела ваза. Ударившись об обломки тумбочки, она разлетелась мелкими осколками.
