А уж когда дар проявился, совсем сложно стало. Владыка к моим способностям отнесся настороженно, однако приставил к целителям. По его разумению, мне следовало обучаться исключительно правильной волшбе. Ни к чему девице уметь варить дурманы из мухоморов или оборотные зелья; вот настойки от похмелья и горячки – милое дело. Конечно, я не была эльфийкой по крови, но при желании и самый невзрачный сорняк можно окультурить. Выяснять, каким именно растением счел меня Светлейший Вирель, я не стала и сбежала в Академию ведьм и ведунов.
Я ведьма, и точка! Мне нравится возиться с компонентами и ингредиентами, я умею не только варить антидоты с тонизирующими снадобьями, но и изготавливать яды, галлюциногены, парализаторы и прочие гадости. У меня есть свобода выбора, я не обязана помогать кому-то только потому, что в этом мое призвание. И я не желаю, чтобы меня сравнивали с эльфийской целительницей!
– Будешь уговаривать? – буркнула я, поскольку пауза в разговоре явно затянулась.
– Ты уже взрослая и сама знаешь, что тебе подходит.
– Не представляешь, как ты меня сейчас обрадовал!
От избытка чувств я повисла на Арнелле, сцепив руки у него на шее.
– Полегче, малявка, задушишь, – попытался отшутиться он.
– Невежливо напоминать девушке о ее весе, – фыркнула я, и не думая прерывать объятия.
Какой же он замечательный! И понимающий. Единственный, кто никогда не изводил намеками, что мне следует брать пример с эльфиек да и вообще начать вести себя скромнее. А как я боялась, что он изменился! Все-таки переписка не может заменить живого общения, и вот встретились – и сердце подсказывает, что все по-прежнему! Ну, почти все…
Внезапно я обнаружила, что Арнелль больше не пытается освободиться, а, наоборот, обнимает меня за талию.
И руки у него горячие, сквозь ткань так и жгут. Сразу отчего-то стало стыдно и неловко. Отступить бы, разжать переплетенные пальцы, обернуть произошедшее в шутку, а нет сил даже слова вымолвить.
– Элли, что-то не так? – выдохнули мне в шею.
– Нет! Нет! Все в порядке.
Я наконец-то смогла взять себя в руки и перестать изображать рыбу-прилипалу. Вот и что на меня нашло? Подумаешь, вымахал под два метра ростом и смотрит так, что в голове сразу пусто становится, – это еще не причина, чтобы рассиропиться. И потом, это же Нелли! Тот самый, с которым мы вместе и под стол пешком ходили, и по деревьям лазили, и на крыше замка секретничали, и нагишом в озере плескались.
