— Ничего себе, а я думала, что вы… то есть ты гораздо старше, — я решила его поддеть и не прогадала. Перо замерло в мужской руке, а черные глаза расширились. Удар пришелся в самое сердце. — Шучу-шучу… — торопливо выпалила и заливисто рассмеялась, прикрыв рот ладошкой. С каждой минутой мне становилось все веселее. Наверное, если бы я добавила “дорогой”, то ему и вовсе поплохело бы.
— Любимый цвет? — задал Дариел новый вопрос, едва проглотил услышанное. Однако что-то в нем изменилось. Черты его напряженного лица значительно смягчились и не вызывали неприязни.
— Черный. Ваш? — я поудобнее расположилась в кресле, откинувшись на его удобную спинку.
— Твой, — поправил вот уже во второй раз меня Дариел. — Тоже.
— Стойте! Я передумала. Синий, — мне не хотелось, чтобы Невилл-старший нашел между нами хоть одно сходство. Вдруг это каким-то образом повлияет на его решение?
— Пусть будет черный. Я уже написал.
— Нет. Нужно исправить, — проговорила тоном, не терпящим возражений, однако на брюнета он не возымел никакого эффекта.
— Какая разница? Я не собираюсь черкать, — непреклонно заявил он, намереваясь перейти к следующему вопросу.
— И не нужно, — благодаря взмаху руки и короткому заклинанию одно-единственное слово исчезло с его листа.
Мужчина шумно выдохнул, покачал головой, проворчал себе под нос “ох уж эти водники” и все-таки вписал “синий”, чем вызвал у меня едва заметную улыбку. В этот момент в дверь раздался предупредительный стук, и в кабинет после позволения войти вплыл дворецкий с подносом в руке.
— Что-то случилось, Натаниель? — поинтересовался брюнет, отложив перо в сторону.
— Прошу прощения за беспокойство, лир Невилл, но я взял на себя смелость позаботиться о завтраке для лиры Лилит, — невозмутимо и без единой эмоции на лице отчитался лакей.
— Ты еще не завтракала? — Дариел перевел на меня озадаченный взгляд, и его темная бровь взлетела вверх от удивления, едва я покачала головой.
— До него не дошел ход, — чуть слышно отозвалась и ощутила, как мои щеки заливает предательский румянец.
К подобному вниманию я не привыкла.
Брюнет подал знак старшему слуге и тот легкой поступью приблизился к нам.
— Лира Лилит, ваш чай и домашний кекс, как вы и просили.
— Огромное спасибо, Натаниель.
— Лир Невилл, ваш кофе, — он позаботился и о хозяине, который принял чашку с бодрящим напитком с не меньшей благодарностью, нежели я.
При виде аппетитной выпечки желудок скрутился в тугой ком и недовольно проворчал.
