Он окинул комнату беглым взглядом, задержался им ненадолго на лежавшем на кресле пеньюаре, и вновь всецело сосредоточил на мне внимание.
— И любимым не ты меня называла? — маг так пристально смотрел в глаза, что, казалось, язык не повернется солгать.
— Любимым?! — взвизгнула, заставив обоих мужчин поморщиться. — Как так? Вы наговариваете, лир Невилл! Не могла я сказать ничего подобного. Вы точно обознались.
И снова время застыло. Я замерла в ожидании ответа, а брюнет медлил, будто проверял мои нервы на прочность.
— Скорее всего, ты права. Обознался. Прости, Лилит, что потревожили твой сон. Отдыхай, — Дариел кивком указал Натаниелю покинуть покои. Теперь можно было перевести дух. Однако брюнет остановился на полпути к двери и резко повернулся. Сердце вновь заколотилось с бешеной скоростью. — Надеюсь, ты не будешь против, если завтра за ужином нам составят компанию Малком и Вилма?
— Конечно нет! Это ваш дом, и вы вправе приглашать кого только пожелаете, — с неподдельной искренностью вымолвила я.
Тем не менее моя задумка сработала. Раз зовет брата, значит, недобрая мысль ему все же закралась в голову.
Дариел вновь пожелал мне приятных снов, погасил свет и наконец-то покинул комнату. Я с шумным выдохом откинулась на подушки и смежила веки. Похоже, встречи с демонологом все-таки не избежать. Так проведет беседу или будет изгонять из меня то, чего нет? Ну что же, чему быть, того не миновать.
Глава 7
23 дня
Гроза утихла лишь к утру. Когда в половине седьмого Клементина раздвинула портьеры, меня ослепил яркий свет, но на этот раз солнечный.
Промычав что-то нечленораздельное, перекатилась на другой бок и зарылась головой под подушку. Хотелось вздремнуть еще хоть пять минут, ведь ночью так и не удалось сомкнуть глаз, однако горничная тут же забрала ее, а потом раздался встревоженный девичий вскрик.
— Лира Лилит, что с вашим лицом?! Вам нездоровится?
Я разлепила веки и непонимающе посмотрела на молодую служанку, прижимающую ладони к щекам.
Она даже не мигала, настолько оторопела от увиденного. Медленно меня настигло понимание. Резко отбросив край одеяла, со всех ног подбежала к зеркалу, резко вздрогнула и сама закричала от испуга. Белила, впрочем, как и следы от угольного порошка, мне так и не удалось толком стереть накануне мокрым полотенцем. Лишь размазала все по лицу. Едва вспомнила странное выражение в глазах Дариела, с моих губ слетел горький стон. Захотелось провалиться под землю.
