Да, эти три года я монашкой не прожила, но серьезных отношений у меня ни с кем не сложилось.
– Почему? – удивилась я. – Вы очень красивая женщина, Алла Викторовна. К тому же совершенно самостоятельная, материально независимая! А мужчины сейчас интересуются именно такими.
– Дело не в них, а во мне, – спокойно объяснила она. – Слишком высока теперь у меня планка, и мужчины до нее даже не допрыгивают. В определенной степени Вадим испортил меня, показал и на деле доказал, каким должен быть настоящий мужчина. Ну и буду я теперь на мелкотравчатых размениваться? Которые ищут сильную, самостоятельную, материально независимую женщину, потому что сами мало на что способны?
– Да, мелковат нынче мужик пошел, – совершенно искренне согласилась с ней я.
– Алла Викторовна, а вы знаете, что после вас у Вадима Сергеевича не появилось близкой женщины. Видимо, кроме всех иных жизненных обстоятельств, он очень сильно переживал расставание с вами – ведь вы тоже занимали довольно большое место в его жизни.
– Не хитрите, Татьяна Александровна.
Вам просто интересно, как он ко мне относился? Я права? – Она прямо смотрела на меня.
Она была чертовски права, но чтобы я в этом созналась? Да никогда! Мне пришлось на ходу придумывать, как объяснить свой интерес, и у меня, как мне показалось, это хорошо получилось.
– Ошибаетесь, Алла Викторовна. Я просто хочу узнать, не явилось ли расставание с вами еще одной каплей, переполнившей чашу его терпения, – уж слишком много свалилось на него! Особенно смерть матери и потеря ее квартиры, которую он не стал отсуживать у сиделки.
Куда теперь он мог пойти, если ему вдруг стало невыносимо плохо и захотелось расслабиться? А некуда ему было идти! С вами он расстался из самых благородных побуждений, это правда, и я восхищена, но ведь это значит и другое – прийти к вам снова он уже не мог. Это было бы непорядочно! Так не эта ли мысль заставляет его сейчас скрываться неизвестно где и у кого?"
"– В чем-то вы правы, но в чем-то – нет, – сказала Алла, потом задумалась и начала медленно говорить: – Ну, представьте себе человека, работающего на износ.
Дома у него была невыносимая обстановка, пьющая, скандальная жена и капризная дочь, к тому же не его. Это его сначала в определенной степени нервировало, но он научился с этим жить и не обращать внимания. Но забыть об этом он не мог, ему просто не давали. А тут еще больная мать! Расслабиться в ее доме, рядом с ней? Полная чушь! – Алла невесело рассмеялась.
