Какого цвета убийство?

Но как знать, вдруг я и правда добряк?

Фредрик прикрыл глаза на мгновение и предпочел не отвечать. Он очень устал.

– Не-а, – прогоготал Жигарра, – конечно, это не так.

Он чуть подался вперед и указал на машинку.

– Этой штукой я срезал татуировку с парня, который ушел от нас. Когда человек покидает нашу организацию, у нас есть привычка просить его убрать татуировки, которые выдают его принадлежность к нам, – сказал Жигарра. – Их, видишь ли, могут носить только члены организации.

– Но ведь чернила забиты под кожу? – сказал Фредрик и почувствовал, как что-то вдавило его в стул.

– Вот-вот, так что приходится действовать по ситуации. Нет кожи – нет татуировки.

Оба бандита от души расхохотались – похоже, им было очень весело. Самый обычный день на любимой работе. Но все их веселье быстро сошло на нет.

– Слушай сюда, писака ты чертов. Если ты еще раз нарушишь дедлайн, я возьму эту штуку и срежу татуировки с твоей жены.

Жигарра сунул машинку буквально под нос журналисту, приподнял огромную руку и потрогал стальной диск.

В нос пахнуло холодным металлом – точно так же пахнет и кровь.

– У моей жены нет никаких татуировок, – покосившись на машинку, пробормотал Фредрик, пытаясь вызвать в памяти образ Мартины – ведь точно нет? В голове у него была такая каша, что он уже ни в чем не был уверен.

– Появятся. Прямо на лице, я лично об этом позабочусь. А ты будешь смотреть.

Фредрик представил, как нанятый бандитом татуировщик набивает какие-то жуткие знаки на щеках и лбу Мартины.

Как припухает чувствительная кожа, а кровь смешивается с чернилами… И следом – жужжание шлифовальной машинки, когда Жигарра включит ее, чтобы тут же срезать получившуюся наколку.

Но самое дикое пришло следом: та часть мозга журналиста, которой было дело лишь до работы, начала прикидывать, как бы включить это событие в книгу. Истинное лицо преступности – чудесный, фактурный сюжет…

Он помотал головой, скидывая наваждение. Нет, так нельзя.

Жигарра тем временем поднялся, ухватил за шиворот самого Фредрика и поставил его рядом с собой.

Ноги были ватными, каждую клеточку в них будто кололи иголки.

– В твоем распоряжении тридцать дней, – тихо произнес гангстер и похлопал его по плечу – намного сильнее, чем требовалось. – Это ведь несложно?

Несложно. Теперь уже – совсем несложно. Наверное. Неужели все позади? Обойдется без дальнейшего мордобоя? Только бы чего не ляпнуть…

– Я постараюсь выделить на это побольше времени.