Какого цвета убийство?

Окинув быстрым взглядом костюм Нины, он коротко поздоровался и тут же повернулся к гостям спиной. Указал им дорогу через просторную прихожую с мраморными полами и хрустальными люстрами – вверх по лестнице, вниз по лестнице, два поворота направо – и привел их в зимний сад – стеклянные стены с потолком и трехметровые пальмы. Хозяин дома усадил визитеров на удобный кожаный диван, сам уселся на такой же, напротив. На столе из полированного бетона уже стояли три чашки с дымящимся кофе.

Когда все расселись, Алекс задался вопросом, в каком же конце дома они находятся.

В зимнем саду было холодно – градусов пятнадцать-шестнадцать, не больше.

– Вы сказали, что расследуете предположительное исчезновение Фредрика и Мартины. И детей, само собой. Я не понимаю, куда они могли деться. К каким результатам пришло следствие? – спросил Юханссон, минуя стадию светскости.

– Официально мы пока не заводили дела, – ответила Нина. – Просто ищем ответ на вопрос, куда могла деться семья.

Юханссон, седовласый, но поджарый и крепкий еще мужчина, нахмурился.

– Я думал, вы полицейские… И приходите только, так сказать, «по делу». Нет?

Так. Пожалуй, Нина действительно неудачно выразилась.

– Я инспектор криминальной полиции, – проговорила она и выпрямилась.

Юханссон кивнул на Алекса и приподнял брови. А ты, мол, кто такой?

– Алекс Кинг – следователь по особым заданиям, – проговорила инспектор Мандер как можно официальнее.

Судя по всему, он ей не поверил.

Ну давай, не молчи, нужно занять его информацией, чтобы он не стал размышлять, на каких птичьих правах они сюда приехали. Нина, умница, после короткой заминки стала последовательно объяснять, как обстоят дела и что они обнаружили на данный момент. Рассказ занял немного времени.

– Стало быть, вы ничего толком не знаете? Вы беседовали с друзьями семьи?

Инспектор сложила руки на груди.

– На этом этапе у нас и появляются вопросы к вам. Когда вы в последний раз разговаривали с дочерью?

– Несколько недель назад.

Мы общаемся, когда нам есть что сказать друг другу. Иногда она звонит мне, иногда я ей.

– С кем общается семья? Что вы можете рассказать нам?

Юханссон подвинулся вперед на своем диване. Кожа неприятно скрипнула.

– Вы разговаривали с их коллегами по работе?

– Пока нет. Но ведь Фредрик – фрилансер, а Мартина, если я правильно понимаю, аудитор. Ни у одного из них нет коллег в традиционном смысле.