Но вчера вечером, ослепленный яростью, он поверил. Совсем потерял рассудок… и убил ее. Им овладела паника. В горле застрял ком — словно чья-то железная рука схватила и душит. Поделом ему! Он заслуживает смерти за то, что сделал с Соланж!
Сэм заплакал. Артур схватил его за плечи и встряхнул. В глазах Сэма вспыхнула новая тревога.
— Что теперь будет с детьми?
Артур думал об этом всю ночь.
— У тебя наверняка осталось достаточно денег, чтобы они продержались, пока все не решится.
А ведь нужно еще содержать няню с горничной! Они тоже привыкли к безбедному существованию в квартире на Саттон-плейс.
Сэм похолодел.
— Сколько, ты думаешь, это будет стоить?
Соланж эта история стоила жизни… Артуру приходилось вести жестокую борьбу с собственными чувствами. Как Сэм мог?! И тем не менее он был его другом, почти братом. Они сражались плечом к плечу, вместе переносили тяготы войны; Сэм практически тащил его на себе по горным тропам Италии, и он же донес его, тяжело раненного, до медпункта близ Кассино. Они участвовали в освобождении Рима и Парижа.
Париж… Рю д'Арколь, где они впервые увидели Соланж. Их судьбы переплелись так тесно… А теперь еще приходилось помнить о дочерях Сэма и Соланж — Хилари, Александре и Мегане…
Артур заставил себя вернуться мыслями к Сэму и его вопросу. Тот хотел знать, во сколько обойдется защита.
— Это зависит от того, кто станет твоим адвокатом. Мне нужно подумать, прежде чем кого-то порекомендовать. Необходимо выбрать сильного защитника. Процесс будет громким: все полны сочувствия к Соланж.
В последние годы пресса постоянно трепала твое имя в связи с твоими изменами. Это настроит присяжных против тебя.
Сэм решительно мотнул головой.
— Мне не нужен другой адвокат. Я прошу тебя стать моим защитником.
Их взгляды встретились. Артур вздрогнул.
— Нет, Сэм, я не могу.
— Почему?
— Потому что я — твой друг. И моя специальность далека от уголовного права.
— Неважно. Ты справишься лучше всех. Не хочу никого другого.
Глаза Сэма были полны слез. Господи, как это страшно, просто не верится.
И тем не менее это — жестокая реальность. Сэм превратил ее в кошмар, страшный сон наяву.
Лицо Артура покрылось испариной. Ужас, настоящий ужас! Все и так хуже некуда, но защищать Сэма — ему! — это уж слишком. Ни за что на свете!
— Нет, — хрипло произнес он, — это невозможно. У меня нет опыта в этой области. Я тебя только подведу. Нет, Сэм, и не проси. Ты не должен так поступать по отношению… — ему хотелось сказать «нам обоим».
