Камаэль (СИ)

Вокруг забурлила энергия, точно внезапно взбунтовалось море – все маги точно очнулись ото сна и принялись помогать мне. Но теперь поток наших общих сил был столь слаб, что я невольно испугался, что их не хватит на остатки нашего сумасбродного ритуала. Но брешь становилась стабильней с каждым мгновением, с каждым прикосновением магии, и я смог всё же выдавить из себя хриплое и дикое, точно рычание зверя, «Лаирендил». Я не видел его, но ощущал, слышал биение его сердце, мог прочувствовать его пульс, бег его крови от сердца по всем сосудам и обратно.

И именно поэтому безошибочно схватил его руку, на которой ощущал своё кольцо, впился в неё выпущенными когтями, пробивая не только его ладонь, но и свою, окропляя активатор кровью, щедро и беспощадно. К чести рыцаря он не вздрогнул и не закричал, стерпел и эту часть пробуждения активатора, а затем сознание моё взорвалось искрами магии, от той мощной волны, что хлынула со всех сторон, я не устоял на ослабших ногах и повалился на пол, невольно утащив за собой и Лаирендила.

А потом все ощущения исчезли, равно как и режущие потоки воздуха, как боль в ладони и, кажется, вывихнутом плече. Установившаяся абсолютная тишина и чувство всепоглощающей пустоты, на мгновение, овладевшее мной, испугало меня до колик. Но это не продлилось долго. Словно через толщу воды, до меня едва различимо донесся голос Аэлирна, гул встревоженных и восхищённых магов, чьи-то всхлипы. Зрение возвращалось неохотно, и сущность Павшего на этот раз уступила, я медленно сел и тряхнул гудящей, тяжёлой головой.

В кругу рамы основания всё искажалось, плыло, дрожало, и я чувствовал, как магические потоки лениво перетекают один в другой, почти так же, как в Туннеле: крупицы пространства перекатывались, точно песчинки в перевёрнутых песочных часах. Руны не переставали сиять и теперь слабо пульсировали, точно отмеряя ровный пульс портала. Не выдержав, я тихо и надрывно засмеялся, запуская окровавленную пятерню в волосы и прикрывая глаза. Получилось. У нас получилось! И истеричный смех смешивался со слезами облегчения, которые я не мог удержать. Тело содрогалось.

Магическое опьянение, нашедшее на меня, проходило с одной стороны слишком медленно, а с другой стороны мне пришлось пройти все стадии алкогольного опьянения и похмелья за четверть часа и, скажу вам, приятного в этом ничего нет. Сперва непозволительная лёгкость, онемение языка, нёба и конечностей, затем веселья, сочетающееся с бессвязным бредом, вырывающимся из груди громче, чем надо и прилично.