Тем более официально пока Романовы по поводу Ольденбургских ничего предъявить не могут.
— Отец, — вздохнул Людовик-младший, — только вот Алексею на официоз плевать. Он уже и так один раз Бланзака с Дюбуа предупредил, а тут опять…
— Вот пусть Бланзак и извернется, а то привыкли работать в тепличных условиях…
* * *
Звонок от Людовика стал для Умберто неожиданностью, да и тон короля Франции не предвещал ничего хорошего.
Когда же претензии по поводу «распоясавшихся на Лазурном берегу молодых членов ндрангеты» были высказаны, Людовик изменил тон на сочувствующий и пожелал Умберто удачи в дальнейшем урегулировании возможного конфликта с Романовыми, потому как есть предположения, что тем молодым человеком, отправившим бандитов в больницу, был великий принц Алексей.
Раздраженно кинув телефон на журнальный столик, король Италии, не стесняясь в выражениях, высказал все, что думал по поводу французов и рода Бурбон в частности, а потом проклял тот день, когда его непутевого внука Джузеппе занесло в дикую Россию.
— Отец, что случилось? — заглянул в гостиную Умберто-младший.
Буквально через пять минут наследник практически слово в слово повторил гневную тираду родителя, а чуть успокоившись, решил спросить:
— Я так понимаю, Романовы тебе еще не звонили?
— Не звонили, — помотал головой король.
— Хоть и должны были. И это меня пугает, потому как не в привычках Николая оставлять подобное без последствий.
— А Людовик точно уверен, что принц… предполагаемый принц конфликт пытался уладить, а эти пятеро его спровоцировали на дальнейшую агрессию?
— Уверен, — буркнул Людовик-старший. — Они там уже и показания у охраны клуба взяли, да и мы можем хоть сейчас тех пятерых в больнице допросить.
Только что мы этим изменим, если Романовы, я уверен, уже приняли решение?
Наследник прищурился:"
"— Ты думаешь, что Романовы приговорили верхушку ндрангеты?
— Я в этом уверен, — кивнул король. — Если Николай до сих пор мне не позвонил, то я вижу только этот вариант.
