Камень. Книга 2

 — Завтра вся Москва уже знать будет, если не сегодня! Но я эту тварь всё равно кончу!

* * *— Если не знать, что Алексей применил «гнев», ничего особенного в этой записи нет… — Император поднялся из кресла и махнул рукой Пафнутьеву и Орлову, чтобы те оставались сидеть на диване. — Но в архив её надо будет поместить… Как там Витька Юсупов, Григорий?

— В бешенстве, Государь! — Орлов позволил себе чуть улыбнуться. — Рвёт и мечет! Люди его Рода, когда мои бойцы на территорию зашли, все в шоковом состоянии были, некоторые так вообще без сознания валялись.

Да и полицейским экипажам, которые первые к особняку прибыли, досталось. Но не сильно.

— Ладно, Григорий, спасибо, что съездил туда. Можешь быть свободен.

— Рад стараться, Государь! — вскочил Орлов, кивнул и вышел из кремлёвского рабочего кабинета Императора.

— Теперь твои выводы, Виталий. И сиди уже! — опять махнул рукой хозяин кабинета.

— Со слов Прохора, Государь, хорошо знающего своего воспитанника, получается, что с самого начала Алексей Александрович задумывал поступить так, как поступил.

А тот план, над которым мы сегодня днём работали, был на самом деле для него запасным. И тут я склонен скорее поддержать Алексея Александровича в его задумке, потому что нам с Прохором совершенно не знакома природа подобных сил, и, соответственно, объективно учитывать их в планировании операций мы не в состоянии. Само сегодняшнее мероприятие я считаю вполне успешным, промежуточная цель достигнута — князь Юсупов, сам того не понимая, уже находится на пути к принесению извинений. Под давлением родичей, прошедших через такое, сделает он это гораздо быстрее. А Алексей Александрович однозначно дал ему понять, что не отстанет. У меня всё, Государь.

— Как там, все живы? — поинтересовался Николай."

"— Все, Государь. — кивнул Пафнутьев.

— Спасибо, Виталий! Можешь быть свободен. И держи нас в курсе.

Сотрудник Тайной канцелярии встал, молча поклонился присутствующим Романовым и покинул кабинет.

— Вот что не говори, Коля, но такого я от Алексея не ожидал! — хмыкнул Великий князь Владимир.

 — А ты, Сашка? — он посмотрел на племянника.

— И я, дядя. — кивнул тот. — Мне Прохор докладывал о планируемом «вопиющем случае вандализма», который не стыдно будет показать в новостях, и тем самым чуть подмочить репутацию Юсуповых… Но такое… Сынишка-то творчески подошёл к решению проблемы! Да, дедушка? — ухмыльнулся Цесаревич, глядя на Императора.

— Да уж! — заулыбался Николай.