Они не слишком высокие, но при том количестве имущества, которое я имею в Роттердаме, ежегодно набегала немалая сумма.
К тому времени была закончена обшивка медными листами подводной части фрегата. Его спустили на воду. Теперь он в балласте сидел немного глубже. Я начал снаряжать его для похода на юг, надеясь перехватить вест-индийский или ост-индийский караван испанцев. Пришлось отложить, потому что прискакал гонец от князя Оранского с предложением прибыть в его резиденцию в Делфте.
Принял он меня одного, хотя я приехал со своими офицерами.
Аудиенция проходила в той же келье, что и прошлый раз. При разговоре присутствовал только Филипп ван Марникс. На князе был фиолетовый дублет с диагональными серебряными полосками и черные штаны-тыквы с проглядывающей в разрезы подкладкой серебристого цвета. Видимо, наличие большого количества серебра заставило Вильгельма Оранского полюбить этот цвет. Филипп ван Марникс был в черном, без излишеств, в духе отъявленных кальвинистов. Только массивный золотой перстень с бриллиантом на среднем пальце левой руки выдавал его любовь к роскоши.
Вино нам подали итальянское розовое, немного суховатое, но с очень приятным ароматом. Кубки были серебряные, новые, вместимостью грамм триста и с широкой круглой подставкой. На боках кубков нанесены чернью гербы князя Оранского.
— Я нанял роту — четыре сотни — черных рейтаров и три роты ландскнехтов, — сообщил Вильгельм Оранский."
"Рейтаров — немецких конных латников — называли черными потому, что у них шлемы и кирасы, а злые языки утверждали, что и души, покрыты черным лаком.
Вооружены тремя пистолетами, длинным мечом и пикой. Получали они по десять даальдеров в месяц. Ландскнехты — немецкие пехотинцы — обязательно имели шлем, но вместо кирасы могла быть кольчуга, бригантина или просто кожаная куртка. У кого на какой доспех хватило денег, тот в том и ходил, пока не раздобудет в бою получше. Вооружены пикой длиной три-пять метров, или алебардой, или глефой, или длинным двуручным мечом, или аркебузой, или мушкетом.
Огнестрельное оружие обычно у каждого пятого, если не десятого. Аркебуза, а тем более, мушкет, и заряды к ним не многим по карману. Получал ландскнехт всего четыре даальдера в месяц — как голландский рыбак. Слишком много было не желающих трудиться в поте лица своего. Наверное, немцы прослышали, что испанская армия взбунтовалась, и стали смелее наниматься на службу в Голландию.
— Они сейчас стоят лагерем возле Клеве, — продолжил князь Оранский.
