Паруса фок, грот и бизань порвали на полосы и лоскуты, но не сбили реи. Марселя почти не пострадали. Благодаря им, галеон сумел приблизиться к нам метров на пятьдесят и обстрелять из фальконетов и мушкетов, убив еще одного матроса и ранив двух пехотинцев. Мои мушкетеры с марсов ответили. Насколько результативно — не видел. По моей команде рулевой вернул фрегат на прежний курс.
Остальные три галеона отставали от передних кабельтова на три, поэтому я приказал убрать часть дополнительные парусов, чтобы догнали нас побыстрее.
Мы увели их мили на полторы от двух поврежденных. Я учел ошибку, совершенную вовремя первых двух залпов, и эти три обстрелял в большей дистанции. Результат был похуже, но скорость галеонов снизилась настолько, что мы успели расстрелять ядрами и картечью вырвавшийся вперед галеон, пока два других подранка добирались до него. Окончательно лишив их парусов залпами из карронад, принялись и их расстреливать продольным огнем с близкого расстояния. Ядрами из пушек разрушали надстройки, а картечью из карронад уничтожали живую силу противника.
Первый долго не сдавался. Мы сравняли его высокую, пятипалубную кормовую надстройку вровень с главной палубой, и только тогда королевский флаг пополз вниз, а на обломках носовой надстройки появился офицер с большой белой тряпкой, то ли простыней, то ли скатертью. Другие два галеона сдались быстрее. Они поняли, что подмога, поставившая запасные паруса, не успеет, а если и успеет, то вряд ли спасет, поэтому после третьего нашего залпа сдались.
Заметив это, подмога легла на обратный курс.
Я назначил капитанами сдавшихся испанских галеонов Яна ван Баерле, Роберта Эшли и Ричарда Тейта, выделив им по две дюжины матросов.
— Испанцев на баркасах отправить на берег, — показал на темно-зеленую полосу джунглей, которые начинались милях в трех от нас. — Всех, в том числе и офицеров. На их обмен у нас нет времени. Дайте им штук пять пик, чтобы не так страшно было добираться до Картахены.
Перевозка пленных на берег заняла часа два.
Несмотря на наш интенсивный обстрел, испанцев погибло не много. Человек — поразительно живучее существо. За это время наши матросы приготовили запасные паруса. Обрывки предыдущих не выбрасывали. Во время перехода будут зашивать и латать их.
Еще полтора часа нам потребовалось, чтобы добраться до того места, где неподалеку от впадения в море небольшой речки стояла на якоре каравелла под командованием Дирка ван Треслонга.
