Капитан Дракон

Всех заложников эвакуировали, в здании остались только ты и куча людей с оружием. Когда Клык попал внутрь, многие полицейские были заражены и открыли огонь друг по другу. Я признаю, были погибшие, — Янг сделала паузу, чтобы вздохнуть, но продолжил, когда Вайс всхлипнула, — но ты не была причиной ни одной из смертей. Белый Клык виновен во всем этом. Ты была безоружна, и да, хотя ты сильнее, чем большинство людей, но они точно не были необученными гражданскими лицами.

Янг засмеялась и наклонилась к сокоманднице, гладя ее рукой по голове, как когда-то Руби.

Вайс уже не была ребенком, но прямо сейчас она была напугана, и не удивительно. Наследница не возражала и даже прижалась к ней в поисках утешения.

— Ты обезоружила кучу людей, Вайскимо. Если бы тебя там не было, все обернулось бы гораздо худшим. Даже с вирусом Клыка ты не перестала быть маленькой Мисс Совершенство, а?

— Я… а… но…? — Вайс уставилась на нее так, словно не верила своим ушам. На глазах девушки выступили слезы облегчения.

С ее бледной кожей и красными глазами, не говоря уже о явной слабости, она выглядела как смертельно больной пациент, которому только что сказали, что лекарство было найдено. — Я… я никому не причинила вреда?

— О, ты сделала многим людям больно. Но это, вероятно, спасло их от того, о чем они стали бы сожалеть всю оставшуюся жизнь, поэтому у меня такое чувство, что они простят тебя или даже поблагодарят. Ты ведь не сердишься, что я тебя остановила, да?

— Н-нет.

Совсем нет… я даже не хочу думать, какой ужас произошел бы, если бы я вырвалась на улицу. Мое лицо настолько узнаваемо, как и мое имя, Белый Клык очень хотел бы увидеть меня сходящей с ума посреди толпы гражданских. — К Вайс частично вернулась ее уверенность в себе, а вместе с ней и возмущение. — Эти монстры. Я думала, что Синдер была чудовищем, но они намного хуже. Я надеюсь, что террористы будут привлечены к ответственности!

— Так и будет, — пообещала Янг. — Но предоставь это нам, ладно? Я лично этим занимаюсь.

Пожалуйста, не позволяй девочкам Блейковать.

— Хм. Я, кажется, припоминаю, что ты не очень-то сопротивлялась идее нашего нападения на Торчвика в тот раз. Я не думаю, что ты можешь назвать это «Блейкованием», когда ты была такой же соучастницей.

Янг рассмеялась: — Эй, тогда я была моложе и глупее. С тех пор я повзрослела.

— Прошло меньше трех месяцев, Янг.

— Да, но за эти три месяца многое произошло.