Капитуляция

А потом раскатистый гул орудий стал нарастать, раздаваясь снова и снова, послышались возгласы наступающей армии и грохот стреляющих мушкетов.

Здание тюрьмы вмиг огласилось пронзительным предупреждающим звоном — сигналом, смысл которого понял бы даже ребенок…

— Форт атакован! — вскричал бледный как смерть Леклер.

И Джек увидел страх, мелькнувший в его глазах.

— Я должен выбраться отсюда! — Леклер отскочил в коридор, готовясь бежать, и надзиратель обернулся, чтобы взглянуть на него.

Не теряя времени даром, Джек схватил тюремщика через прутья решетки, сомкнув руки на его шее.

Леклер в ужасе взглянул на них и сорвался с места, скрывшись в глубине коридора.

— Пьер! — окликнул Джек своего соседа, когда удалось подтянуть схваченного тюремщика ближе к краю камеры.

Пьер наклонился и, смеясь, вытащил пистолет из-за пояса надзирателя. Потом приставил его к виску перепуганного насмерть тюремщика.

— Открой мою дверь! — приказал Джек, и в этот миг снова, уже совсем рядом, загрохотали орудия, начали палить мушкеты, захрипели лошади и закричали люди.

Надзиратель торопливо вставил ключ в дверь камеры Джека, отпирая её.

Выйдя из камеры, Джек мгновенно вырвал мушкет из рук надзирателя и ударил его оружием по голове. Тот рухнул на пол. Джек тут же отпер камеру Пьера и ещё одну, напротив них.

— Закончи с этим, — бросил на ходу Джек, передавая соседу ключи, потом бросился в противоположную камеру и выглянул из окна.

Его взору предстали британские войска у стен форта и целое море солдат, облаченных в красные мундиры, сражавшихся с французами, одетыми в синюю униформу. А в самом сердце битвы высоко развевался флаг с красным крестом святого Георгия поверх белого креста святого Андрея. И тут взгляд Джека наткнулся на офицера верхом на вороном коне: сражаясь прямо под британским триколором, в самой гуще битвы, бравый военный бесстрашно продвигался вперед, подбадривая своих людей.

— Это д’Эрвийи! — воскликнул Джек. — И, если не ошибаюсь, они собираются взять форт.

Каждый новый день теперь тянулся мучительно долго. Войска эмигрантов под предводительством графа д’Эрвийи захватили бухту Киберон. Весь Лондон, затаив дыхание, ждал ежедневных известии с воины, когда британские силы взяли форт в бухте, и потом, когда маятник войны качался между двумя армиями, и перевес оказывался то на стороне мятежников, то на стороне французов.