Капитуляция

— Слава богу! — с облегчением выдохнула Эвелин. — Его не ранили?

— Этого мы не знаем, — честно ответил Лукас. — Но у меня есть кое-какие хорошие новости. Виктор Ласалль, виконт Леклер, был тяжело ранен, когда наши войска взяли форт. Он умер там же спустя несколько дней.

Эвелин содрогнулась. Она не могла желать смерти никому, и всё же Леклер был решительно настроен использовать её и Эме против Джека, и Эвелин верила его угрозам.

— Что ж, я не могу сожалеть об этом, — прошептала она.

Джулианна приобняла её:

— Никто и не ждет, что ты будешь сожалеть, Эвелин.

Мысли беспорядочно заметались в сознании Эвелин. А Джек-то знает, что Леклер мертв? Боже, она надеялась, что ему это известно! И Джек, по крайней мере, был на свободе.

— А он может всё ещё находиться во Франции? Там ведь сейчас такое сражение — я даже не успеваю следить за новостями! То мятежники, кажется, одерживают верх, а уже на следующий день мы слышим о победе французов.

— Мог. Но мог и вернуться на Лоо-Айленд.

— Нет. — Эвелин покачала головой, поднимаясь с дивана. — Он сразу приехал бы ко мне, я уверена в этом.

Джулианна взяла её за руку.

— Но он не знает о ребенке. А у его людей семьи в Лоо.

— Мы можем как-то сообщить ему?

Лукас потрепал её по плечу:

— Я сейчас как раз на пути в бухту Киберон. И собираюсь ненадолго остановиться на острове. Если ты хочешь написать записку, то почему бы не сделать это прямо сейчас? Если Джек там, я передам её ему.

— А если его там нет?

— Тогда я обязательно увижусь с ним во Франции, — ответил Лукас.

И внезапно Эвелин поняла, что Джек по-прежнему находится во Франции, — он ни за что не бросит эмигрантские войска и мятежников в столь сложный момент.

Он наверняка в самой гуще битвы, сражается бок о бок с ними за их свободу. Он находится там не только потому, что безрассудно не щадит своей жизни и так обожает опасность, но и потому, что он человек чести, патриот, герой.

Эвелин закрыла глаза. Если бы он только вернулся домой живым! Этого было бы достаточно, и она не попросила бы его ни о чём большем. И Эвелин взглянула на Лукаса.

— Когда ты найдешь Джека, скажи ему, что я его люблю, — попросила она.

— Скажу… но, убежден, он и сам это знает.

Дни по-прежнему тянулись мучительно медленно. Эвелин уныло смотрела в окно гостиной в Ламберт-Хаус.