Зорич не вмешивался и не пытался меня успокоить, понимая, что если я не сделаю это с техникой, то вполне смогу отыграться и на нем. Проклятье, да, я чуть не оторвал ему голову, когда только увидел эти трогательные до тошноты, кадры с Марианной и Дэном. Я накинулся на ищейку и, схватив за грудки, ударил его в челюсть, намереваясь выместить на нем хотя бы крохотную частицу той злости, что живьем пожирала меня. Зорич даже не отстранился, понимая, что в какой-то мере я прав — это он привел сукиного сына в мой дом. Но зазвонил сотовый Серафима, и я отстранился, давая ему возможность ответить на звонок.
Это могло быть сообщение о местонахождении беглецов. Серафим сплюнул кровь и прокашлявшись, ответил на звонок, не отрывая от меня взгляд.
— Николас, если хочешь догнать их, нам надо поторопиться, — Зорич все-такивмешался. — Они уехали отсюда на арендованном автомобиле.
Я посмотрел на него не в силах произнести ни одного членораздельного звука, но он понял меня и без слов.
— Машина оборудована GРS-маячком.
Я уже отследил ее. Они движутся в сторону Асфентуса.
Конечно, в первую очередь они попытаются добраться до границы нейтральной территории. И я даже не удивлюсь, если там уже и сам король ждет свою дочь с распростертыми объятиями. Вот только он ее не получит. Никто не получит. Ни Влад, ни тем более этот смазливый ублюдок, с которым она мне изменяла. Я верну и накажу сам. Возможно я даже убью ее. Буду душить и смотреть в ее сиреневые глаза, чтобы последним, что в них застынет было мое лицо, а потом вырву сердце, где не осталось для меня места.
Сука.
Мы с Серафимом практически летели в ""Мерседесе"" на огромной скорости в сторону Асфентуса, а я все проигрывал в голове тот небольшой отрезок времени, в течение которого вся моя жизнь разделилась на до и после.
Я до последнего считал, что Дэн ее похитил. По приказу Влада или даже по собственной инициативе. Я даже мысли не допускал, что она сама с ним сбежала. Сама. По своей воле.
До тех, пор пока мы не приехали в этот долбаный отель.
В котором, оказывается, они сняли номер на чужое имя, сняли заранее мать их. Один на двоих, гребаный ад. Это означает только одно — они уже давно вместе. Я был в том номере. Зашел туда в поисках зацепок. Видел и кровать. Ту, на которой она ублажала абсолютно чужого мужика. А потом Зорич добил меня окончательно. Он взорвал мой мозг и вывернул меня наизнанку. Камеры с моего собственного дома, камеры с дома на нейтралке. Они давно общались. Давно. Проклятье.
