Карамазов. Книга 3

Птица уставилась на меня янтарным глазом, а потом потеряла ко мне всяческий интерес и принялась клевать свое отражение в подвешенном зеркальце.

Мужчина присыпал свежий исписанный лист чем-то похожим на муку и тут же сдул ее с поверхности.

— Бумага любит секреты, — пояснил он и прикрыл тонкой тканью написанное, чтобы затем закрыть книгу. — Расскажи, в твоем мире все так же пишут от руки?

— И росписи ставят самостоятельно, — подтвердил я и представился, — Алексей Карамазов.

— Знавал я одного… — начал было старик, а потом скривился, словно вспомнив о чем-то не особенно приятном.

 — Ты ведь пришел сюда не случайно?

Мужчина подвинул к себе блюдце с куском свежего хлеба и отломил от него кусочек. Затем хранитель приоткрыл дверцу клетки, через которую птица вознамерилась выбраться наружу. Но мужчина сунул питомцу лакомство, которое тут же сморщилось, став сухарем. Я зажмурился от жара, исходящего из клетки. Но когда дверца оказалась закрыта, стало прохладно.

— Я пришел сюда потому…

— Знаю, — отмахнулся старик.

 — Ты не единственный, кого ко мне послал Легбе. Но первый, кто добрался. Странно, вроде я и не прячусь вовсе. Однако каждый раз глупцы гибнут на подходе к замку или в его коридорах.

— Так ведь там нет ничего опасного, — я поежился.

— Для тех, кто не задумал плохого, — кивнул хранитель. — Остальные же идут на корм моим питомцам. Не пропадать же добру.

В этот раз я был уверен, что волосы хранителя и впрямь живые. Они зашевелились тонкими прядями змей.

Глава 7 Призраки прошлого

— Не стоит меня бояться, — добродушно улыбнулся Хранитель, заметив мою реакцию.

 — Я не причиню вам вреда, юноша.

— Большая у вас библиотека, — я огляделся, отмечая ворох свитков и книг на соседнем столе."

"— О, бросьте, — Хранитель махнул рукой, но было заметно, что он доволен моим комментарием. — Это малая часть от тех знаний, которые хранятся в мире. То, что я успел записать. По договору я не имею права покидать башню. А из развлечений здесь только театр. Ну, а вы видели актеров в пиршественном зале? Труппы меняются, время от времени спектакли помогают мне развеять скуку.

Однако, через пару столетий подобного заточения говорить с людьми становится не о чем. Это досадно. Иногда я развлекаюсь тем, что систематизирую свои знания. Потом переписываю в более доступной форме.

— И что же здесь есть?

— Мелочи, — с показным равнодушием отозвался Хранитель и добавил, — все языки вашего мира, в том числе и мертвые, каталоги Силы, знания о мироустройстве.