Женские сборы — это внезапное понимание того, что извлеченные из шкафа платья вышли из моды, и слезы горя; поиск позарез необходимого колечка и слезы радости, когда через три часа оно отыскивается на самом видном месте; троекратное обещание никуда не ехать и столь же резкая смена планов… И не важно, насколько длительным предстоит путешествие: два дня или полгода; сколько горничных помогают в сборах… Хотя, пожалуй, нет: когда приказов ожидают шесть горничных, процесс женских сборов затягивается, две помощницы гораздо лучше, однако Этель Кажани не привыкла себя ограничивать, привлекла к работе всех, кто не успел спрятаться, и на два часа парализовала работу «Гранд-отеля Унигарт», устроив причудливую смесь муравейника и птичьего базара.
Горничные кудахтали, личные помощницы верещали, мчались куда-то сосредоточенные посыльные и хватался за сердце управляющий. Невозможный гомон окутывал «царские» апартаменты «Гранд-отеля», но весь этот бедлам прошел мимо живущего этажом выше Помпилио.
Дер Даген Тур принял участие в заключительной части постановки: явление Этель в пентхаус.
— Дорогой?!"
"Мучения не прошли даром: собравшаяся красавица поражала элегантным дорожным костюмом — шелк, перья, вышивка, глубокие вырезы на груди и бедрах, новомодные солнечные очки-«бабочки» и шляпка в стиле «колониальный гламур».
Певица перенервничала — она только-только закончила тяжелейшие сборы, — а потому позволила себе чуть больше эмоций, чем следовало.
— Дорогой?! — Удивление, растерянность и немного злости в голосе. Ровно столько злости, чтобы не оказаться за рамками, — умная Этель прекрасно понимала границы, выходить за которые не стоило. — Ты обещал отправиться со мной в Линегарт.
— Я передумал, дорогая. — Помпилио встретил молодую женщину по-домашнему: шелковый халат поверх пижамы, шейный платок и домашние туфли. Он только принял ванну, как раз планировал завтракать, но распорядился отвезти себя в холл, проявив уважение к чувствам молодой женщины.
— У меня появились дела.
— На переговорах?
— Да.
— А… — На Кажани было жалко смотреть.
— Не волнуйся, Этель, — успокоил женщину адиген. — Базза получил необходимые указания: «Амуш» доставит тебя в Линегарт, дождется и вернет обратно. Гостевая каюта в твоем распоряжении, мы же встретимся завтра вечером.
Певица вплотную подошла к Помпилио и негромко сказала:
— Я рассчитывала на романтическое путешествие.
