А в следующий миг оживился: — Правда, есть на примете одна веселая смесь, ипать-копошить, но эффект краткосрочный, на пару часов, не больше.
— Порошки не всегда помогают, — авторитетно сообщил Бабарский. — Вот, к примеру, выгнуло меня позавчера хроническим защемлением, я в аптечке порылся, отыскал что-то от изжоги, но выгиб только компрессом снял, который мне Альваро наложил.
— Ты мне новый микроскоп обещал, месе карабудино, — тут же напомнил медикус.
— Не обещал, — хладнокровно отозвался ИХ.
— Обещал.
— Если бы я за каждую свою болячку кому-нибудь чего-нибудь обещал, мессер давно разорился бы.
— Это если бы ты исполнял обещания.
— Вот и смирись.
— Гвини патэго! Так я тебе и скажу в следующий раз.
— Тогда тебе микроскоп точно никто не купит.
Маленький Бабарский служил на «Амуше» большим суперкарго и цепко держал в пухлых ручках все финансы цеппеля. ИХ обожал делать прибыль и любоваться на нее, с наличными же расставался неохотно, но если Помпилио приказывал купить оборудование, приобретал только самое лучшее.
— А это еще что за цепари? — вяло осведомился Галилей, тыча трубкой в сторону входа.
У дверей «Дуба» осматривались шестеро мужиков в военной форме.
— Вояки с «Дер Каттера», — определил Бедокур.
— С какого еще «Каттера»?
— Пока ты в отключке валялся, в Даген Тур доминатор прибыл, — сообщил Бабарский. — У вокзала трепыхается.
— Я не валялся, а дремал перед сэнским раствором, внятно? — объяснил астролог, продолжая таращиться на военных. — Надо было сил набраться.
Из всех офицеров Галилей Квадрига выглядел наиболее молодо и одновременно — болезненно.
Точнее — расслабленно, поскольку астролог «Амуша», как, впрочем, почти все его коллеги, отходил от Пустоты с помощью проверенных, но запрещенных препаратов разной степени тяжести. Роста он был невысокого, а телосложения хлипкого, идеально гармонирующего с вялыми движениями. Одевался Галилей просто: тельник с длинными рукавами, штаны с накладными карманами, в холодную погоду — цапа, но обожал яркие детали. Сейчас, к примеру, левое запястье астролога перехватывал шелковый платок кричаще-желтого цвета.
— А что вояки делают в нашей харчевне, ипать-копошить?
— Поужинать притащились.
— А-а…
Окружающая действительность занимала астролога не всегда, а потому проявленный интерес вызвал понятное удивление друзей.
— Тебе-то что? — осведомился Бабарский.
— Мне? Мне срочно надо поесть. — И Галилей схватил за руку направляющуюся к цепарям с «Дер Каттера» официантку. — Красавица, мы скоро улетаем.
