Каркуша или Красная кепка для Волка (СИ)

Я так понимаю, в правах она восстановиться хочет на младшего сына, верно?

Толик на этот вопрос только руками развел, мол, что он знать-то может о мотивах и желаниях чокнутой женщины.

— Чего не знаю, того не знаю. Я не ясновидящий, я жопочующий, как говорят некоторые. И чуйка срабатывает исключительно после самих событий, — тихий смех собеседника парень стойко проигнорировал. Мысленно, правда, позволил себе помечтать, как оторвется на этом мажорчике в будущем.

Интуиция Толика злорадно нашептывала, что отступаться от своего Кальянов не привык.

Значит, внимания понравившейся девушки он добьется, а уж Череп с друзьями постарается сделать этот процесс особенно запоминающимся.

— Что ж, — Эрик поднялся и остановился прямо перед Толиком, засунув руки в карманы джинсов и качнувшись с пятки на носок и обратно. На лице у него по-прежнему была так нервировавшая парня мягкая, очень добрая улыбка. — Кто предупрежден, тот вооружен. И честно говоря, мне очень жаль того, кто решил сделать себе на этой истории имя и репутацию.

Очень жаль, — Череп на это только скептически хмыкнул. Судя по тону, милому богатому мальчику было жалко кого угодно, но только не потенциального противника. — А тебе, Анатолий, можно больше не беспокоиться. Я позабочусь, что бы эта история закончилась быстро и безболезненно для Миры.

— А мне…

— А тебе лучше сказать ей, что ты нашел хорошего адвоката, ага, — тихо фыркнув, Кальянов направился в сторону выхода. Обернувшись у самой двери и состроив несчастное выражение лица.

 — И ни в коем случае не упоминать мое имя… Ты же не хочешь стать причиной моей скоропостижной смерти?

Ответить что-то на этот каверзный вопрос Толик попросту не успел. Клиент смылся, оставив Черепа один на один с его далеко нерадостными мыслями. Нет, то, что за Мирославу можно больше не переживать, несомненно, радовало. И еще как, если вспомнить, сколько раз и куда та умудрялась вляпаться за все годы жизни!

Но перспектива огрести знатных люлей от объекта сердечных волнений и переживаний как-то не вдохновляла.

Вот ни разу! Но, кто ж его спрашивал-то, а?

Душераздирающе вздохнув, парень вытащил телефон и, чертыхнувшись пару раз, нашел нужный контакт. И понадеялся, что он еще не так безнадежен во вранье, как утверждает Достоевский. Того все время, почему-то, пробивало на некультурный ржач, пока сам Толик вдохновенное и напропалую оправдывался перед собственной родней. Отчим, кстати, тоже снисходительно улыбался.