Кащей. Трилогия

Вовремя — услышав приближавшиеся шаги, он улегся на стол, забросил цепи на прежнее место, надеясь, что никто не станет проверять их целостность, раскинул руки-ноги и сделал вид, что находится на грани потери сознания от страха.

И действительно, никто и не подумал проверять. Когда в камеру вошел сердитый колдун с забинтованной рукой, а следом за ним изрядно смущенный палач, Кащей не выдержал и расхохотался. Колдун окинул обезумевшим взглядом пустое помещение с одиноко стоявшим в углу столом, на котором вольготно расположился умирающий от смеха пленник, и ему стало совсем плохо.

— Ты его щекоткой пытаешь, да? — на всякий случай, не скрывая обреченности, поинтересовался колдун. — Ну скажи мне, что это правда!

— Ты маниакально-депрессивный психопат с одной извилиной! — прокричал Кащей. — И я даже знаю, что она у тебя находится вовсе не в голове, а гораздо ниже! Снаружи!

— Ты не доживешь до рассвета, — хмуро пообещал Колдун.

— Ну да! — смеялся Кащей. — Ты задушишь меня одной забинтованной рукой! Эй, палач, скорее принеси нашему дорогому повелителю стульчик, а то, не ровен час, он от злости выбросит в окно что-нибудь тяжелое! Например, тебя!

— Где мои инструменты? — растерянно вопросил палач, оторвавшись от бессмысленного взирания на родное, передающееся по наследству рабочее место.

— С ними здорово управляются ужастики в болоте под окном, — пояснил Кащей. — Теперь они смогут вытаскивать устриц из раковин и устраивать интимные ночные свидания.

— Это ты сделал? — задал глупый вопрос палач.

— Конечно нет! — уверенно ответил Кащей. — Ты сам приковал меня к цепи, разве забыл? Здесь гвардия колдуна похозяйничала. Они сказали, что ты отнимаешь у них их хлеб и они не намерены больше тебя терпеть.

Несмотря на явную бредовость услышанного, палач поверил безоговорочно. Он выбежал в коридор, и почти до утра из разных концов дворца доносились ругань, звон мечей, крики о помощи и треск ломаемой мебели.

— Кем я повелеваю?! — горемычно вздохнул колдун. — Дегенераты! Но ничего, скоро я захвачу тот мир, из которого прилетели освобожденные тобой узники.

— Что, вся тюрьма? — как будто изумился Кащей.

— Нет, четверо, — ответил колдун и тут же спохватился: — А что это я перед тобой отчитываюсь?

— Наверное, чувствуешь во мне хозяина, — доверительно ответил Кащей. Колдуна пробил нервный тик.

— Я не буду тебя пытать, — сказал он, — ты слишком сумасшедший для этого. Тебе просто отрубят голову завтра в полдень.

— Жду с нетерпением, — отозвался Кащей.